Такси заказывали?

Я растерянно глянула за окно, в боковом зеркале заднего вида отразилась я – высокая и худенькая представительница своего пола, со светлыми волосами, только что уложенными в парикмахерской «Стрекоза», с большеватым алым ртом, удивленными глазами и маленьким носом. Папа говорит, что я красавица, а мама называла «гадким утенком», но теперь вроде многим нравлюсь, себе так особенно.

– А вы кто? – осторожно повторила я вопрос, снова посмотрев на незнакомца за рулём.

Тот глянул в свой смартфон, потом на меня и заявил:

– Кретин.

Вот как! Приятно познакомиться…

Глава 2

Светофор за мостом продолжал перебирать цветами, будто забытая до майских праздников новогодняя гирлянда. Под мостом с разудалыми гудками, как глашатай конца света, пролетал поезд. А я смотрела во все глаза на мистера-не-Бонда-и-не-таксиста-но-очень-симпатичного и думала: представиться в ответ или он обидится.

Водитель вздохнул, поднёс к уху трубку и сказал:

– Мама, извини, но я не везу твою парикмахершу. Да, обещал.

Ему что-то ответили, Мистер Элегантность погрустнел, отложил на панель телефон и снова посмотрел на меня так, словно я была виновата во всех его неурядицах. На самом деле, только в одной и совсем чуть-чуть… Мне представилась парикмахерша, бегающая вокруг салона красоты в фирменном халате и кричащая «Такси! Такси». Бедная, и в праздники работает…

– Я так похожа на парикмахершу? – спросила я.

– У них какие-то особые приметы? – наморщил он нос.

– Точно не усы, лапы и хвост. Ну, спасибо, что подбросили. Пожалуй, я пойду, – пробормотала я и потянулась к двери.

– Куда?! – воскликнул Мистер Элегантность.

И я только сейчас увидела, что с моей стороны к нашему автомобилю пристроилась фура. Синий брезент, грязные колёса, дырчание, как у дракона на переправе. Приоткрыв дверь, я поняла, что только анорексичный крепыш способен пролезть в образовавшуюся щель.

Водитель перегнулся, почти меня коснувшись и вызвав волну непредвиденного волнения, и захлопнул дверь.

– Вы с ума сошли?! – Он обжёг меня взглядом. – С крайней третьей полосы? В такую гущу машин?

– Но я… – и ничего не оставалось, как одарить его моей коронной улыбкой невинной весталки и хлопнуть ресницами. Запрещённый приём, но я блондинка, мне можно. – Извините.