Академия волшебства. Дар взаймы

Что именно он имел в виду?

Глава 2

«Откуда вам знать, что то, к чему вы привыкли, лучше того, что вас ждёт?» – говаривал мой учитель по ментальной магии. Я помню до сих пор, хотя сам уже давно магистр.

У меня не было вариантов – часть моей жизни закончилась резко и навсегда. И там, куда я иду, меня не ждут с фейерверками. Потому я был рад, что моя самоходная повозка застряла в сугробе, а я – в отличном месте между прошлым и будущем – в сейчас. Точнее, в заснеженном лесу.

Снег похрустывал под ногами, нависал опасными облаками с ельника, угрожая рассыпаться ледяным водопадом за шиворот.

А почему бы и нет? Намеренно отметая серое тягучее марево нехорошего предчувствия, я выудил из собственных глубин мальчишеский азарт и потянулся к торчащей над головой ветке еловой громадины…

Из-за кустов справа раздался женский крик:

– Стаэль, стой! Стаэль!

И меня тут же чуть не сбил с ног крепкий невысокий парень. Он вылетел из зарослей, как снаряд, и пронёсся мимо.

Видимо, тот самый Стаэль. Крепыш махнул топором в руке. Крикнул через плечо прямо мне в лицо:

– Отвянь! – И ринулся дальше, щёлкнув пальцами свободной руки.

Пятиметровые ели рядом встрепенулись, словно живые, тряхнули ветками, и на меня обрушилась лавина. Мгновенно снегом забило нос, глаза, рот. Не спас и высокий бобровый воротник. Я, чертыхаясь, попытался разлепить глаза.

Вот паршивец! Стихийный маг или природник? Поймаю – уши надеру!

– Простите! Я вам помогу! – раздался совсем близко девичий голос.

Рукой в перчатке я отёр снежную массу с лица, и в белом тумане метели обнаружил перед собой взволнованное юное создание. Вздёрнутый нос, лучистые синие глаза, нежный румянец. Хорошенькая! Капюшон тёплой красной накидки съехал с головы, обнажив высокий лоб и взъерошенное облако пшеничных волос, ниже собранных в небрежную косу. Чертовски хорошенькая! А какая красивая аура! И мерцание дара, готового распуститься, как цветок!

Без всякого пиетета обладательница курносого носа принялась с меня счищать снег приговаривая:

– Прошу прощения, сэр! Он так делает, Стаэль, когда злится.

Просто считает, что должен был родиться не человеком…

– А кем? Пернатым ежиком? – усмехнулся я и, поймав, убрал её руку. – Не стоит, мисс, я не младенец. Способен отряхнуться сам.

– Ой, извините, да, конечно, так неловко… – Она отступила, мило закусив губку, и прижала к груди руки в варежках.