Академия волшебства. Дар взаймы

При её таланте и уме абсолютно необходимо наличие правильных границ внутри, тех самых традиционных скреп в виде уважения старших, традиций и высших сил. Но похоже, она не способна соблюдать границы сама, и придётся мне организовывать ей защиту от далеко идущих планов.

Я взял Агнес за руку и потянул за собой, хоть она и не упиралась. Даже вскоре меня обогнала, с трудом сдерживаясь, чтобы не рвануть прямо через мою голову. Я сам себе удивился: она меня всё больше восхищала, но и раздражала одновременно. Я прекрасно осознавал, что именно из такого типа магов и рождаются великие волшебники, учёные, узурпаторы, а также самые страшные колдуны и ведьмы.

Впрочем, некоторых это только усиливает. Взять, к примеру, Вёлвинда. Несмотря на весь его гений и величайшее превращение, до сих пор по его поводу в душе у меня копошился червячок неприятия. Ревность, скажете вы?

Я с удивлением обнаружил, что ревности уже и нет. Может, уязвлённое самолюбие? И это чушь ненужная, на самом деле.

– Что заставило тебя так сильно желать знаний?

Она взглянула на меня с изумлением, но ответила, как подобает менталисту:

– Что вызывало у вас такой вопрос?

– Хочу тебя понять.

– Зачем? – ещё больше удивилась она.

– Ты мне интересна.

– Как подопытная?

– Во всех смыслах.

– А что заставило вас так стремиться стать скорее магистром и занять ректорское кресло? Разве не желание быть лучшим?

– Я и так лучший.

– И всегда были? – ехидно сощурилась она. – Или дело в отце, ведь ему постоянно было мало? А потом в младшем сводном брате, который вдруг оказался магом с редким даром, круче вашего? И потому пришлось лезть из кожи вон, чтобы доказать, что вы чего-то стоите?

– То есть ты выросла в высококонкурентной среде, и тебя не любил отец так, как тебе хотелось, – констатировал я.

– Это не честно! Я говорила о вас!

– Каждый видит, слышит и говорит о себе.

– Нет! – Она разозлилась и стала ещё красивее.

– Да.

Я мягко улыбнулся ей, разглядев за чертами очаровательно разгневанной юной женщины малышку, которая хотела, чтобы её любили, и, не получив этого от окружающих, решила добиваться принятия по-своему. Весьма своеобразно. При этом явно убедила себя в том, что обойдётся без любви одними знаниями, причём тайными, потому что за обычные вряд ли полюбят… Не оценят уж точно.