Академия волшебства. Дар взаймы

Прогулялся по лесу, нюхнул столь экзотического для меня мороза и встретил братца и сестру. Она прелесть, у него – сдвинута крыша. Считает себя оборотнем, представляешь? – хмыкнул я.

– Ах, эти… – протянула мама и, пропустив во взгляде страдание, – посмотрела в угол комнаты. – Метель и низкое давление всегда плохо влияют на слабые умы.

Я встал перед ней, склонил голову.

– Мам, мы так и будем говорить о погоде и сумасшедших или ты всё-таки разрешишь мне тебя обнять?

Она странно качнула головой. Не дожидаясь позволения, я заключил маму в объятия, коснулся губами бархатистой щеки, уловив тщательно скрываемую дрожь, неприятные эманации страха и нежный мамин запах.

Господи, как же я соскучился!

Её рука осторожно коснулась моей головы, погладила плечи. И сдалась.

– Ах, Алви!

Мама, словно её разморозили, прильнула ко мне, притянула мою голову. Поцеловала в лоб горячо. И вдруг отстранилась, снова спрятав материнское тепло глубоко под корсет. Отошла в угол атриума, укрытый тенями, и повернулась ко мне.

На люстре зазвенели подвески от её волнения.

– Я не менталист, но знаю, о чём ты думаешь, – сказала мама. – Ты винишь меня в том, что я уехала и не предупредила тебя!

– Ты точно не менталист, – рассмеялся я, а у самого гора упала с плеч: я не ожидал, что отец будет готов пожертвовать мной ради собственной победы, но очень боялся, что мама знала и согласилась на его замысел, пусть молчаливо.

Она часто соглашалась с тем, с чем была не согласна, потому что очень ценила комфорт и собственный покой.

К счастью, сейчас она говорила искренне, у искренности всегда ясный привкус, как у воды из ручья. Даже чужая, она омывает тебя изнутри.

– И всё же ты осуждаешь меня, – тихо произнесла мама. – За то, что сбежала… Но внезапно я стала персоной нон грата. Все, в том числе и король, думают, что я была в курсе заговора.

– А ты не была? – подмигнул я, окончательно расслабившись. – Разве жена не всегда догадывается, когда муж что-то затеял?

Мама поправила причёску и с глубоким вздохом призналась:

– А разве были времена, когда твой отец не замышлял чего-то? Вопрос лишь в том, против кого или за что? Вечный интриган, которому надоело быть серым кардиналом… Знаешь, в последнее время мы жили, словно чужие.

Я была уверена, что Ронар завёл новую любовницу. Но разве я бы стала устраивать скандал или опускаться до шпионажа? Я просто жила своей жизнью: благотворительные балы, литературные вечера, собрания женского общества.