Судьба принцессы

Лорд Альварес оказался вежлив, хотя все его неспешные разговоры сводились к тому, какие законопроекты он продвигает и каких успехов достиг в зельеварении. Например, в данным момент он разрабатывал формулу зелья истины. Впрочем, Серебряный не забывал регулярно делать мне комплименты. Но почему-то от его присутствия я холодела, словно окуналась в прорубь. Это было странно – его манеры были безупречными, в танце он вел уверенно и властно, голос казался мягким и бархатистым. Вот только волосы на затылке от его присутствия вставали дыбом.

Я с огромным трудом смогла завершить танец, будто из меня все это время высасывали энергию.

– Как жаль, что леди уже «занята», – проникновенно прошептал Альварес. – Признаться, я впечатлен Вами до глубины души!

Чем он там был впечатлен, я так и не поняла – говорил в основном он и о себе, танцевала с ним я из рук вон плохо. И после его последней фразы, что удивительно, вздохнула с огромным облечением – уж лучше Дэнис, чем этот странный тип, после общения с которым хотелось помыться!

Да и что он вообще во мне нашел?

Во время шестого танца, который был опять с женихом, я поделилась своими ощущениями касательно Серебряного.

– Вот уж действительно комплимент! – лицо лорда Овальди исказила улыбка. – Никогда бы не подумал, что кто-то предпочтет меня этому красавчику. Ты, наверное, мне льстишь, пытаясь загладить свою вину, – при очередном движении он прижал меня к себе чуть крепче, чем было необходимо.

– С тобой мне было гораздо комфортнее, пока ты не начал делать так! – нахмурилась я.

– Не начал делать как? Так?

И он вновь прижал меня к себе гораздо теснее, чем требовал того танец. Но со стороны это было совершенно незаметно.

– Прекрати! – возмутилась я, с досадой отмечая, что сердце заколотилось, как безумное.

– Что ж, как пожелаете, леди, – с ухмылкой отозвался Красный и действительно прекратил.

После танцев началось дефиле в человеческой ипостаси. Сначала объявляли девушку, а потом она выходила и шла от одного конца зала до другого – и так по очереди.

Порядковые номера мы знали заранее, они были прописаны в бальных книжках, поэтому суматохи никакой не было. Происходящее я воспринимала, как скучную рутину, прекрасно понимая, что до эталона красоты этой ипостаси, как до Нижнего мира на бреющем полете. Но когда подошла моя очередь, я расправила плечи, втянула живот, подняла голову выше, нацепила одну их самых привлекательных улыбок и пошла. Зал был большим, идти предстояло несколько минут.