Поместье Даунтон: Хозяйка

– Тогда я не завидую мистеру Невиллу.

– Роберт, боюсь, что к нам потянется вереница желающих быть представленными этому нуворишу, чего мне совсем не хотелось бы.

– Что, если устроить прием и пригласить сразу всех, кто еще не знаком с мистером Невиллом?

– Ты шутишь?! – возмутилась леди Вайолет. – Я вовсе не намерена представлять обществу человека, с которым сама едва знакома. Тем более человека без имени и связей. Потом будут говорить, что это я его вывела в свет. Нет, этого не будет.

Мистер Генри Невилл обошелся в представлении обществу без ее помощи, оказалось достаточным побывать на двух-трех приемах вместе с принцем Уэльским, чтобы получить визитки от всех.

Двери лондонских особняков и английских поместий оказались открыты для Генри и без содействия свекрови Коры, деньги и дружба с будущим королем – прекрасное средство.

Лондонские дамы были опечалены одним – холостой миллионер не спешил завязывать знакомства с их незамужними дочерьми. Возможно, ему нужно время, чтобы привыкнуть к лондонскому свету? Ничего, скоро сезон, регата, охота на лис, да мало ли развлечений, на которых можно блеснуть красотой, нарядами и знакомствами? Генри Невилл мог быть уверен, что о нем не забудут до начала сезона.

Леди Вайолет, осознав, что ей не придется представлять лондонскому свету мистера Невилла, немного успокоилась, хотя в глубине души была задета тем, что сосед-американец прекрасно обошелся без ее помощи. Она и сама не могла понять, нравится ей такой поворот событий или нет.

Но у нее появилось другое занятие. Строгий траур по умершему графу Грэнтэму, отцу Роберта и Эдит, закончился, леди Вайолет могла начать выезжать, пусть не в сезон и не на балы, но хотя бы представить свету невестку. Она решила начать не с Лондона, где Кору успели забыть, а с Йорка и дамского Комитета.

Леди Вайолет не желала слышать о том, что Кора блистала на балах в Нью-Йорке. Что за свет по ту сторону океана, если большинство фамилий лишь вчера стали известны даже у себя? Деньги не дают права называться светским обществом! Только человек, с рождения воспитанный в соответствующих традициях и, более того, лишь тот, в ком течет кровь аристократов нескольких поколений, сам может считаться аристократом.

Даже заработав миллионы при помощи финансовых махинаций, нельзя стать светским человеком, это впитывается с молоком матери, воспитывается с пеленок, проникает в кровь и плоть с портретов предков.