Магия шипов

Пара упрямых книг поменялась местами в последнюю секунду.

«Магия, – пронеслось в голове у Элизабет. – Так вот как она выглядит».

И, прежде чем остановить себя от этой мысли, она подумала: «Это прекрасно».

Она никогда не позволила бы себе произнести подобное вслух. Такое чувство граничило с предательством по отношению к Великой библиотеке и ее клятве. Однако часть ее противилась мысли о том, что, будучи примерной ученицей, Элизабет должна закрыть глаза и притвориться, что не видела всего этого. Как мог хранитель бороться против того, о чем не имел представления? Определенно, было бы гораздо правильнее сойтись лицом к лицу со злом, чем трусливо прятаться от него, избегая возможности научиться чему-то новому.

Изумрудные искры все еще танцевали посреди книжных полок. Элизабет подошла поближе, чтобы дотронуться до гримуаров, и почувствовала прикосновение магии, такой светящейся и покалывающей кожу, словно она опустила руки в ведро с шампанским. К ее удивлению, это не доставило никакой боли.

С ее телом не произошло ровным счетом ничего – руки не поменяли цвет и не съежились, как чернослив.

Когда она отвела взгляд, чародей так изумленно смотрел на нее, будто у Элизабет выросла вторая голова. Было очевидно: он ожидал, что она испугается.

– Откуда этот запах? – спросила она, осмелев.

Мужчина моментально растерялся.

– Что?

– Этот запах жженого металла. Это магия, не так ли?

– А. – Морщина проявилась между его темными бровями. Возможно, она хватила лишнего.

Но он продолжил: – Не совсем. Иногда этот запах появляется в месте, где совершается магия, но только если заклинание очень сильное. Фактически это запах не магии, а реакции, которая возникает между материей Потустороннего мира, демонического, и нашего.

– Что-то вроде химической реакции? – уточнила Элизабет.

Он посмотрел на нее еще более странно.

– Именно так.

– Этому есть название?

– Мы называем это «эфирным горением». Но как ты вообще…

Его прервал стук в дверь.

– Мы готовы, Магистр Торн, – послышался голос Наставницы из-за двери.

– Конечно, – ответил он. – Одну минуту.

Чародей оглянулся на Элизабет, будто ожидал, что она растворилась словно мираж в тот же миг, как он отвернулся. Его светлые глаза буравили ее. На долю секунды ей показалось, будто он намерен сделать что-то большее – произнести прощальное слово или наслать на нее проклятье. Она сжалась, готовясь к худшему. Вдруг тень прошла по его лицу, и глаза закрылись.