Тени наших крыльев

– Шеф, так стемнеет через час, мы куда плюхнемся-то?

– Бегом по машинам! Будет вам площадка. – Шеф поднял глаза к небу – там такая красотища, глаз радуется. Коста, ты рулишь, я за штурмана.

Ну. Раз шеф дал команду, по газам и в небо.

Меньше чем через час под крыльями распростёр свои воды великий Байкал. Закатное солнце играло прощальными бликами на глади озера, расцвечивало розовым верхушки сосен, вычерчивало рельефно горы. Справа по курсу остался НП Сухой Ручей, и шеф дал команду на снижение.

– Пройдёмся на бреющем разок, а то вдруг там туристы ям накопали. Они ж долбанутые, они могут.

Впереди показалась свободная от деревьев площадка с изумительной песчаной косой. Метров пятьсот в длину – прикинул Саня – главное чтоб ровная. Он снизил обороты, выдвинул тормозные щитки и повёл машину в десяти метрах над землёй. В посадочной конфигурации можно спокойно поддерживать сто двадцать км, а на такой скорости рассмотреть площадку запросто. Нормалёк, на песок не полезем, ориентир – мусорный контейнер в конце косы.

Саня убрал щитки, накинул газу и вошёл в боевой разворот. А шеф уже садится, – заметил он – и по той же схеме.

– Александр Югьевич, вы увегены что мы сядем? Хгенов он и есть Хгенов, а вы сможете?

– Не дёргайтесь, Иосиф Давидович, на земле будем в любом случае, ещё ни один самолёт в воздухе не оставался.

Мухин убрал газ, снова выдвинул щитки, выпустил шасси и уверенно повёл самолёт на посадку. Пару поворотов и перед капотом зелёная гостеприимная травка, ручку от себя, потом на себя, задние стойки коснулись земли, Як подпрыгнул раз, другой, третий, попытался дать правый крен, но Санёк его поймал, вернул на место и всё ж утвердил непослушную массу на грешной земле.

Оставалось аккуратно, без рысканья затормозить. Подрулив к первому Яку, Саня выключил двигатель и только теперь понял, что мокрый как мышь. Во как. Мозг, значит, уверен, что сядем, а организм-то побздёхивает.

Зильберман уже открыл фонарь и выбрался на крыло.

– Разрешите, я пожму вашу руку, Александр Юрьевич. Вы в моих глазах растёте, прямо не дай бог. Конечно, не то чтобы каждый день так, но всё-таки.

– Да ладно – смутился Мухин. – Чё первый раз что ли.

– Э! Второй экипаж! Харош там обниматься, барахло доставайте.

Хренов развёл руки в стороны, хрустнул косточками и направился к воде. – Можно подумать из боя живыми вернулись, ещё поплачьте друг у друга на плече.