Сорвать маску

– Сто гиней в неделю, – одними губами произнесла хозяйка. – Думай о деньгах.

Арабелла чуть заметно кивнула, с трудом обретая присутствие духа. Глубокий вдох… И вот она наконец обернулась к гостям.

Доминик стоял рядом с ней.

– Полагаю, вы – мисс Нуар? – Он медленно окинул взглядом полупрозрачное платье, а затем вновь посмотрел ей в глаза. – Арлесфорд, к вашим услугам, мэм.

Значит, он все-таки ее не узнал. Слава богу! Арабелла с облегчением тихо вздохнула и, вооружившись терпением и мужеством, стала играть свою роль.

– Ваша светлость. – Она заставила себя произнести эти слова и поклониться, хотя губы упорно не желали улыбаться. Каждая клеточка в теле ныла от разлившегося по нему нестерпимого холода, кожа заледенела, словно кровь перестала течь по венам. Сначала Арабелла молила Небеса об этой встрече, затем стала просить, чтобы она никогда не состоялась. Уверенность, что Доминик остался в прошлом и ей нет до него дела, рассеялась. Он по-прежнему волновал ее – так сильно, что от одной его близости перехватывало дыхание.

Они смотрели друг на друга, и Арабелле вдруг показалось, что прошедшие годы стерлись и она смотрит на еще совсем молодого мужчину, которого никогда не смогла бы забыть. Она с трудом отвела глаза, опасаясь, что Доминик прочтет в них отголоски неуместных чувств, и окинула взглядом комнату.

Остальные женщины расточали улыбки и кокетничали с мужчинами, разговаривая низкими грудными голосами. Из угла комнаты миссис Сильвер с неодобрением и раздражением посматривала на Арабеллу.

Выхода не было. Бежать некуда. Арабелла мужественно выпрямилась, подняла голову и заставила себя вновь устремить взгляд на Доминика.

– Не желаете ли шампанского?

Герцог ничего не ответил, продолжая рассматривать ее своими темными глазами, которые она так хорошо помнила. Секунды, казалось, превратились в минуты, пока они глядели друг на друга, забыв о вине.

– Мне нужно… – Она окинула взглядом комнату, надеясь отыскать другого джентльмена, которому можно отнести шампанского, однако все остальные уже стояли с бокалами в руках, флиртуя с женщинами. Их ухаживания были настолько откровенны, что Арабелла смутилась, словно невинная девица.

– Полагаю, этот ваш, – произнес Доминик.