Генрих VIII и шесть его жен. Автобиография Генриха VIII с комментариями его шута Уилла Сомерса

– Надолго ли? Для нас это невообразимо далекий аванпост.

– Но он часть Англии. Нет, я намерен добиться своего наследства! И вновь завоевать Францию.

– Вы опять начитались Фруассара[13 - Жан Фруассар (1333 или 1337 – ок. 1405) – французский хронист, поэт. В своих «Хрониках» отразил события Столетней войны.], ваше высочество?

– Вовсе нет! – воскликнул я.

Но он понял, что я солгал. Я обожал хроники, повествующие о рыцарях, прекрасных дамах и сражениях, и зачитывался ими зачастую до поздней ночи, когда мне давно следовало спать.

– Разве что слегка освежил память, – покаянно добавил я.

– Вы перестарались. Не забивайте голову подобными историями. Они глупы и, более того, опасны и старомодны. Английский король, который попытается завоевать Францию в наше время, будет рисковать не только жизнью и казной, ему грозит осмеяние. Первые два обстоятельства можно пережить. Но третье – никогда. А теперь скажите, вы выучили общую карту Европы?

– Да. Французы проглотили Бретань и набросились на Бургундию.

– Какой император?

– Священной Римской империи.

– Каковая не является ни священной, ни римской, – весело дополнил он.

– Да. Она просто объединяет германские герцогства и другие королевства и земли.

– Однако формально под властью Максимилиана находится двадцать миллионов подданных.

– Которых ничто не объединяет, – заученно повторил я.

– Точно. – Он довольно улыбнулся. – А как дела в Испании?

– Фердинанд и Изабелла выгнали мавров, и страна вновь стала христианской.

– Очень хорошо, принц Генрих. Я вижу, что вы выучили задание, несмотря на увлечение Фруассаром.

Мой учитель подался вперед и шутливо похлопал меня по плечу.

– Далее обсудим планы Фердинанда и историю папства. Папа Юлий играет в ней важную роль, как вы понимаете. Похоже, он буквально следует словам Христа: «Не мир пришел Я принести, но меч»[14 - Мф. 10: 34.]. Прочтите дальше те записи, что я выдал вам, и проанализируйте все депеши из красного портфеля.

Фарр поднялся с церемонным видом. Он явно показывал, что наш урок подошел к концу, но я догадался, что наставнику просто стало очень холодно. Огонь в камине почти догорел, и наше дыхание оставляло в воздухе облачка пара.

– Забыл сказать, – добавил он. – Завтра день святого Мартина, и поэтому обычные дневные уроки отменяются.

Я огорчился.