Слава Империи

Сначала эта монотонность мучила Олафа, но за десять лет здесь он привык к беззаботной лени. Он даже стал меньше пить, а также обнаружил, что определенные травы помогают не ощущать старость в любовном досуге. Единственное, что ему серьезно не нравилось тут, была местная компания. Десять остальных пенсионеров, как он привык их называть, проводили свои дни в основном в воспоминаниях о минувших славных днях. Он сам был не заинтересован подобной глупостью, и, слава Господу, это обычно позволяло ему не участвовать в разговорах.

К сожалению, в последнее время дискуссии свернули на более актуальную тему, да еще вдобавок такую, где мнение Олафа все жаждали выслушать.

– Ты слышал? – Вопрос Марко был риторическим. – Мадор вышел из гонки. Это значит, что осталось только два кандидата.

– Твои подчиненные, – сказала Сив, шамкая беззубой челюстью. – Князь Телила и плавая лука Импелатола.

– Да ну, разве это конкуренция. – Дугальд зажмурился, зевая. – Аристократ с Юга, к тому же глава Братства Командиров. Ясно, что этот Эверсон и выиграет.

– Ну не знаю… – как обычно, не согласился с ним Даг. – Магнус тоже ведь Паладин. Да и он ведь братоубийца, Натаниэль. А некоторые говорят, что и отцеубийца. Эверсоны никогда не согласятся, чтоб он возглавил Орден. А с их мнением все еще считаются на Центральных Территориях.

– Да, это правда, – подтвердила Белла. – Говорят, его брат Криос объявил, что если Натаниэля выберут главой Ордена, то он вышвырнет Орден из Терила. И я слыхала, что он давит на других магнатов Юга, с тем, чтоб они присоединились к такому протесту.

– А какая у нас другая возможность? – взорвался Марко. – Выбрать эту подстилку Императора? А где же независимость Серой Стражи? Где наши исконные права?

– А что ты об этом думаешь, Олаф? В конце концов, это ведь ты учил обоих, – спросил Дугальд.

Вызванный встал и заявил:

– Я думаю, что нам хватит уже по кругу трындеть об одном и том же.

– А что нам еще тут делать-то? – засмеялась Белла.

– Ну, тоже правда. Слушайте, я их знал десять лет назад, они еще совсем щенками были.

К тому же бо?льшую часть времени я был пьян, так что помню их весьма так себе. Аристократ, которого ненавидит аристократия, и мужик, которого обожает Император. На мой взгляд, они оба не подходят и оба безнадежны. Точно так же, как и любой другой Гроссмейстер за всю историю. А теперь собирайтесь, уже почти темно, пора ужинать. Сегодня запеченная утка.

– Ха! Самое влемя! – согласилась Сив. – И кости у меня ноют.