Желай осторожно

Он свалил, а ты набралась, как свинюка страшная, играла с ребятами из аналитического в «стаканчики», пиджак мне испортила…

– Фу! – я скривилась, представив всю глубину морального падения. – Что, прям настолько?

– Да не… Рыдала и косметику размазывала мне по рукаву. А я когда в такси сел, на автомате свой адрес брякнул, а потом подумал, ну нафиг, еще через полгорода тебя везти. А ты скоро?

– Скоро, – буркнула я и скрылась в царстве мыла и полотенец.

– Ну, ты и… аскет! – бухтела я, когда мы с Вовычем утрамбовались на заднем сиденье такси и таки выехали на работу.

– Не ругайся страшными словами, каких я не знаю.

– Шампунь-кондиционер-гель для душа? Три в одном? И сгоревший фен? Тебя в Спарту без паспорта возьмут, экономный ты наш, – я поежилась от сползших за шиворот непросохших как следует волос.

Вовыч скромно потупился, сделал вид, что ковыряет пол сапожком.

– Рин, – сдавленно выдавил он, – а давай ты первая выйдешь, а я потом? А? А то мало, что вместе приехали, так опоздали и с тебя каплет, понапридумывают, стыдить начнут, а я нежный.

– Поздно, – сказала я, такси остановилось, а на пороге нас встречала девочка Леночка в образе бьющего копытом кентавра, даже пар из ноздрей шел. Еще бы, минус пятнадцать по Цельсию! Мне взгрустнулось, так как я представила, как будет чувствовать себя моя мокрая голова за пределами автомобиля. А Вовычу грустилось еще сильнее. Ему, откровенно говоря, было даже где-то страшновато.

Я хлопнула приятеля по плечу, подмигнула.

– Не дрейфь! Беру огонь на себя! – и пошла грудью на врага.

Подойдя к Леночке на расстояние выдранных волос, звучно чмокнула ее в щечку, как подружку, и, пожелав доброго утречка, вприпрыжку побежала внутрь, поскольку затылок уже, по ощущениям, сковало вечным льдом.

Сейчас.

Бала не случилось, зато ее величество устроила вечернее чаепитие. Меня облачили в светленькое и целомудренное с розами из лент. В волосах тоже были розы. Я была похожа на клумбу и пахла так же. Но лучше выглядеть розарием, чем впасть в немилость.

Высочество нарисовалось в гостиной, чмокнуло ладошку, обозвало цветочком и чинно сопроводило в Чайную (!?!) комнату, где коварно меня бросило! Там уже расположилась ее величество со свитой.