Желай осторожно

На возмущенный взгляд ответила, что это его доля, и я, как верный друг и товарищ, самое сложное возьму на себя. Взяла еще один коктейль и мороженку.

К моменту «хы» я уже как раз созрела для пируэтов, то есть едва несла свое разомлевшее от сладкого пузико. Правда, оказалось, что мое понятие право-лево еще альтернативнее Вовкиного. Пришлось самоустраниться, чтобы не портить приятелю дорогу в светлое будущее.

Сейчас.

Штош… Танцуем. Я вся такая удивленная, ибо мои ноги натурально знают, куда ходить, куда не ходить, как повернуться и с кем поменяться.

– У вас такие глаза! – вздыхает очередной сменный партнер. Так и да, я как поняла, что все эти па выделываю не хуже прочих, они такие и стали, большие и выразительные.

Очередной танцевальный вираж вывел меня к ненаследному. Танцевал он с каменной моськой и разговаривать не собирался. Не порядок. Мне столько всего узнать надо.

– Князь, вы дивно двигаетесь, – игриво произнесла я, вызывая Анатоля на разговор.

– Вы тоже, ваша светлость, – выдавил он, видимо этикетом воспрещается даму в танце игнорировать.

– Уж не вашими ли стараниями? – уточнила я.

– Я же обещал танцы, а не прилюдный позор.

К моменту, когда я дозрела до адресного посыла, зеленоглазое хамло уже прижималось своими кубиками к какой-то даме неопределенного возраста. А та и рада, прелести свои тощие выпятила и изогнулась как эти, у обочин. Курица!

К завершению первого танца я вновь оказалась в паре с принцем.

К слову сказать, канцлер оказался прав, принц был до того классический, что срочно хотелось кисленького пожевать. Златовласый, голубоглазый, высокий, фигура спортивная, обходительный и комплиментами сыплет, успевай уворачиваться. Вместо лимончика даме поднесли бокальчик с игристым и розовым. Фу. Скорчила мину и потребовала другой.

Вениан что-то пел про свадебное путешествие, а я искала глазами черный камзол ненаследного принца среди гостей.

Он единственный мог ответить на мои вопросы о «здесь», и когда это «здесь» закончится.

– А почему ненаследный? – Ура, подсознание, как всегда, выбрало самый «уместный» вопрос и, минуя мозговой ценз, сразу отправило его на язык.

Соловьиное пение прервалось, принц посмотрел так, словно я прилюдно рыгнула.

– Мой сводный брат – бастард его величества и старшей фрейлины королевы. Отец его признал, но наследовать он не может.