Сны о красном мире

Полог постели был откинут, и девушка увидела, что дан Глисса сидит в кресле, принесенном из гостиной, и задумчиво смотрит в окно.

– Альд, – позвала она, приподнявшись на локте.

Он повернулся к ней лицом.

– Простите меня.

– За что, моя прелесть?

– За вчерашнюю истерику. Это все Мастер Сарк. Он внушает мне такой ужас, что я просто перестаю собой владеть… Почему вы улыбаетесь?

– Мне понравилось, как ты произнесла мое имя.

Девушка пожала плечами, встала с постели и подошла к балконным дверям. Они были закрыты, но у Милии не было никакого желания открывать их.

Лорд подошел сзади и обнял за плечи. Девушка чуть вздрогнула, но прикосновение не было ей неприятно. Было даже совсем неплохо чувствовать тяжесть его рук.

«Что же это я?!»

Но дан Глисса отвлек от едва не начавшихся рассуждений о нравственности.

– Ты смогла бы полюбить меня? – спросил он.

Милия замерла на мгновение и попыталась освободиться от рук лорда, но он лишь сильнее сжал ее плечи.

– Ну же, отвечай.

– Н-не знаю, мой лорд. Я не думала об этом.

– Не увиливай.

– Я всего лишь пленница, – пробормотала девушка, находясь в полном смятении.

Она была абсолютно не готова к тому, что придется говорить с лордом на эту тему.

– Я дал тебе все, что может желать молодая привлекательная женщина! – в голосе дан Глиссы послышалось легкое раздражение.

– Да, – согласилась Милия. – Все, кроме свободы.

Она повернулась лицом к лорду. Его губы растянулись в ироничной ухмылке, что делало дан Глиссу отталкивающе неприятным. Некоторое время лорд и Милия смотрели друг на друга, и девушка гадала, что за мысли роятся сейчас в его голове.

– Хорошо, – неожиданно спокойным голосом произнес лорд-протектор, – если бы я дал тебе свободу, что бы ты стала делать с нею?

«Я сбежала бы отсюда и отправилась в Сойл, к Анжею, верхом, пешком, как угодно!» – кричали ее глаза, но дан Глисса не умел читать в глазах и молчание девушки принял за замешательство.

– Вот видишь, – проговорил он, – ты не знаешь. Что за глупости наполняют порой женские головы?! Свобода! Да женщина по своей природе не может быть свободна. Она всю свою жизнь от кого-нибудь зависит. Стоит мне дать тебе свободу, как ты тут же вручишь ее кому-нибудь другому.