Когда зацветет терновник

– А это слышишь? – спросил он, голос его сделался низким и щекотным.

– Что? – прошептала Лорка, замирая мышонком.

– Это, – сказал элфие и губами шевельнул.

Мурашки прошлись по лопаткам, замерло сердце, и в ушах тонко зазвенело.

– Подойди, – беззвучно говорил Страж, и Лорка это всей кожей. Шагнула, не глядя, с травяного выступа вниз на песок, к сверкающей кромке воды.

Упала бы, но под ногой встала упругая водяная ступенька и еще одна, потом Лорку дернуло, и она оказалась на камне. Теперь она была вровень с тин элле и видела прямо перед собой странные его глаза, шальные, будто он медовухи перебрал.

Что-то коснулось щиколоток. Лорка ойкнула и пошатнулась, но ее поддержали. Не Страж – он стоял, спрятав руки за спиной. Вода. Элфие улыбался, чуть прищурившись, а теплая водяная лента скользила по Лоркиным ногам и выше, обволакивая тело, но оставляя сухой одежду. Перестала саднить исцарапанная кожа, из ног уходила тряская усталость, больше не ныла проколотая пятка. Рассыпалась прядками коса и сплелась снова.

Лорка чуяла, как копошатся в волосах водяные струйки, словно ловкие пальцы. Ладошки защекотало, и она подняла руки, чтобы посмотреть – их, словно сироп, обволакивала водяная пленка. Выровнялся сбитый когда-то кривоватый ноготь, пропали заусенцы, разгладился старый шрам на ладони.

Заплетала волосы на заре,

Уходила с тайною на устах,

Уносила в сердце своем тоску

Что дано нам видеться по ночам…

Едва слышный сквозь шелест воды голос читающего нараспев Стража был похож на ветер, блуждающий в верхушках деревьев и от него, как от того шекотного звука, звенело в ушах и нестерпимо захотелось прикоснуться к бледному лицу напротив.

Лорка протянула руку, и тут в глазах элфие побилась ледяная синь.

– Довольно, – сказал он, махнул ладонью перед лицом. Она почуяла, как подогнулись коленки, подумала: «Расшибусь», а дальше была мягкая обволакивающая темнота и голос, который она слышала кожей.

Часть 6. Аст?кае / Долг

Кого наставления не берут – того … со двора прогнать.

Уложения Хранителей

Глава 1

Прав был Верей, когда предостерегал от спонтанного выбора имен. Играя с судьбой, никому не дано угадать, как отзовется задетая тобой струна. Не угадал и он. Прихоть обернулась долгом. Аст?кае фиел – Долг жизни. «Первый всегда у матери и будет прощен, второй у отца и будет отдан, когда родишь сына, третий не бери или не будешь свободен, пока не отплатишь тем же».