Последний шанс для эльфа

Навстречу ему с кресла устало встал Лафлареил, бессонная ночь сказалась на его внешнем виде – под глазами проступили тени, одежда потеряла свой безупречный вид, а идеальная прическа растрепалась.

– Отец, – с волнением произнес Элсаелон, делая шаг в сторону родителя и ожидая его реакции.

– Леон, сын мой, – владыка Лафлареил почти пробежал те несколько шагов, что разделяли их, и порывисто обнял сына.

“Леон” – как давно он не слышал этого простого домашнего имени. Кажется, так звали его родители целую вечность назад.

За это время он сменил сотни имен, кличек, прозвищ. И лишь на одно ему хотелось откликаться. То, которое он выбрал совершенно случайно, но которое так сладко звучало из уст Катерины: “Елисей”.

Лафлареил, наконец, разорвал объятия и внимательно осмотрел повзрослевшего сына. Тревога, радость и невероятное облегчение смешались в лихорадочно блестящих глазах отца в дикий коктейль.

Волнение было так сильно, и было столько слов, которые обоим хотелось сказать, что разомкнуть уста и начать говорить было очень сложно.

– Да ты еле на ногах стоишь, – наконец, произнес Лафлареил, – отправляйся в свои покои, приведи себя в порядок и отдохни. Я пришлю лекаря.

Принц лишь коротко кивнул в ответ. Если они начнут говорить, то проговорят не один час, а на это у него сейчас попросту не было сил. Элсаелон слегка поклонился отцу и направился к себе. Дорогу он мог бы найти даже с закрытыми глазами, хотя не был здесь две сотни лет.

Комнаты, которые принц занимал когда-то, так и стояли нетронутыми.

Конечно, здесь была идеальная чистота и свежее белье на кровати. Однако все личные вещи, книги, артефакты и тренировочное оружие осталось на тех местах, где их когда-то оставил юный эльф.

Элсаелон прошелся по комнатам, касаясь этих когда-то важных для него вещей, но почувствовал лишь раздражение. Тогда он с непонятной злостью стянул с себя человеческую одежду, к которой он так привык, и отправился в душ. Горячая вода не могла унять непонятный озноб, бивший все его тело. Возможно, это следствие магического отката от проведенного накануне ритуала.

Эльф стоял, уткнувшись лбом в стену, и равнодушно смотрел, как по телу бегут капли, смывая с него грязь и кровь. Ее кровь.

Наконец, он вышел из ванной. С тех пор, как он был здесь последний раз, еще до своего совершеннолетия, он прибавил несколько сантиметров в росте и раздался в плечах. Пушистый халат, в который он завернулся, стал ему несколько тесноват, но сил искать что-то другое у Элсаелона не было.