Времени общий поток – Откровение. Против течения

– А что если Архиватор догадывается? – испуганно спросила девушка, вспомнив недавнюю перепалку с грозой Лжепророков и ренегатов.

– Успокойся, – попытался успокоить он Ханну. – Дыши глубже. Всё дело в напряжённом графике. Скоро закончим с этим парадоксом, и ты вернёшься домой в своё столетие, отдохнёшь, развеешься в каком-нибудь шикарном ресторане с ухажёром из настоящего будущего.

– Моё будущее ужаснее твоего настоящего, – прошептала она. – Наше бессмертие как проклятье.

– Не скажи. Тебе не грозят морщины и прочие букеты старческих болезней, а в остальном, да – это настоящее проклятие.

– Тебе ведь это тоже не грозит, – улыбнулась она, зная, что Корректировщикам вне исторического отрезка времени суждено жить в том возрасте, в котором их инициировали. Но в отличие от остальных каст, некоторым из них суждено прожить чуть больше семидесяти лет, если они, не достигнут полноценного бессмертия.

– Не грозит, – согласился с ней Рекрут, но всё-таки развеял её мечты, решив рассказать то, что узнал о своём будущем на предварительном осмотре в Медицинском Центре на Нейтральной Территории, где изучили его физические и энергетические показатели.

– Предварительный осмотр не так надёжен, в отличие от полноценной медкомиссии, которую ты пройдёшь, когда достигнешь следующего уровня, – не захотела соглашаться она с его выводами – Они не раз ошибались по этому поводу.

– Верно, – усмехнулся он, добавив к её аргументам ложку дёгтя. – Всего лишь с двумя Корректировщиками, один из которых теперь – мой непосредственный начальник, а другой был отправлен в Чистилище за предательство тысячу лет назад до моего рождения.

– В отличие от человечества наше будущее никому неизвестно, – отстранилась она от него, видимо, обидевшись, что он не умеет мечтать.

Пару минут они ехали молча.

– Хотя, кто знает, может ты и права, Ханна… Может быть, кому-то и вправду суждено стать третьим бессмертным Корректировщиком вопреки медицинским отчётам.

Ханна с недоверием посмотрела в его сторону и захотела что-то сказать, как вдруг кто-то обхватил его шею и придавил к спинке сидения, пытаясь задушить.