Провинциальные ужасы. Жуткие рассказы

Ты это понимаешь? Сколько в Шумном народу будет! А если бы ты их убил, то я даже представить боюсь.

– Я хотел как лучше, не знал что ещё менты приедут.

– Теперь тебе придётся взять всё на себя. Всю что случилось здесь. Гололёдов этого ужасно желает.

– Всё сделаю, Иван Алексеевич, только о моей семье позаботьтесь.

– Об этом можешь не беспокоиться. Лишь бы все эти менты уехали отсюда. Всё помни, берёшь всё на себя они уже возвращаются. Вы доктор тоже держите язык за зубами. – Обратился Иван к Цинкову, тот одобрительно кивнул.

– Так, Федя не будем тянуть кота, сам знаешь за что и заполним все протоколы и показания сейчас, до приезда оперов. Чтоб время не терять сделаем это сейчас. Ты опроси свидетеля нашего доктора, а я поговорю со Стёпой.

– Хорошо капитан. – Согласился Фёдор и присел рядом с Цинковым.

– Ну, что, Стёпа готов давать показания?

– Готов. Это всё сделал я.

– О, как! Мне это нравится, а что темнить дело то явное, куча свидетельств и улик. Вот тебе листок бумаги и пиши всё подробно, фамилию, имя, отчество, ну всё что было.

Степан взял ручку и листок и левой, целой рукой начал пытаться писать показания. Никита сел за стол и довольный выпил рюмку, а затем другую.

– Капитан, а что с той пропавшей семьёй? Мы их так и не нашли. – Спросил Фёдор.

– Они уже мертвы. Тела Стёпа поможет найти. Правда Стёпа? – Иронично спросил Никита, арестованный кивнул.

– Мне кажется, капитан, что здесь не всё так просто. Он кого – то выгораживает. Не мог он разодрать так жертв.

– Он же здоровый мужик, только на руки глянь в ярости всех и замочил. Расслабься Федя мы раскрыли это дело. Между прочим это самое трудное в моей карьере.

– Если он напал на меня специально, чтобы отвести подозрения от другого человека. Что – то быстро он согласился во все признаться.

– Слушайте, менты! Чего вам надо! Это всё сделал я и точка! – Психанул Степан.

Вдруг в здание полиции ворвалась жена Степана Глаша вся в слезах.

– Успокойся Глаша! Как похитили? – Ильин поднял женщину с колен.

– Марину похитили, мужа в кандалы заковали, господи что за жизнь то такая. Не виноват Степа ни в чём! Леший только что дочку мою уволок! – Продолжала ныть Глаша.

– Вы точно правду говорите тетя Глаша? – Фёдор резко поднялся с места услышав имя любимой.

– Вот тебе крест, сынок.