Сага серебряного мира. Стражи лунного света

Неужели с тех пор прошел уже год? Я коснулась сережек, которые подарил мне Коллам: я не снимала их ни днем, ни ночью.

Софи сидела напротив меня в крошечном кресле, завернувшись в балахон с желто-фиолетовым узором, и, прикрыв глаза, кусала печенье, которое я принесла. Бри испекла его вчера вместе с близнецами.

Не открывая глаз, она вдруг сказала:

– Мы получили сообщение от Коллама.

Кружка, которую я держала в руках, начала трястись. Горячий чай потек по моим пальцам. Чайная ложка упала на пол и своим звоном прервала тишину.

Софи наклонилась ко мне и забрала кружку из моих рук.

– Мне показалось, что ты должна это знать, – извиняющимся тоном сказала она. – Итан и доктор Эриксон не хотели рассказывать тебе об этом. Но мне кажется, ты имеешь право знать, что он еще жив.

Я все так же безмолвно взяла салфетку и протерла руки. Затем смяла ее и вцепилась в нее пальцами.

– Почему… как… что? – бессвязно бормотала я.

Софи встала с кресла, подошла к двери магазина и перевернула вывеску с надписью «Открыто»: наверное, такого с момента открытия магазина никогда не происходило.

– Ты знаешь, я никогда не верила в то, что он мертв, – ответила она. – Он для меня как сын. Ни один из шелликотов, которых мы привечали у себя за все эти годы, не стал мне так близок, как Коллам.

Ее голос был грустным. Никогда не думала о том, каково ей быть бездетной. Она всегда казалась мне занятой своей работой и книгами.

– Вероятно, Коллам уговорил Амию передать нам это сообщение, – продолжила она как-то бессвязно.

Я была сбита с толку. Насколько я знала, шелликоты перестали контактировать с другими народами. Как Амии удалось выйти на связь с Эриксонами? Вряд ли она просто им позвонила.

– Существует место, в котором шелликоты и посвященные острова Скай обмениваются сообщениями. Оно известно лишь немногим, – ответила она на мой невысказанный вопрос.

– Что было написано в сообщении? – прервала ее я.

Во мне зародилась искра надежды. Может ли это быть правдой? Неужели все это время Софи была права? Я еще не осмеливалась поверить в это.

– Коллам написал, что Элин взял его в плен, – она замолчала.

Сердце начало биться быстрей. Камень в моем животе будто стал больше, но не от боли. Он болтался там, разбивался на маленькие осколки, из которых вырывались тысячи крошечных бабочек.

Он был жив. Хоть и был в плену, но был жив. И это было важнее всего. Коллам не был мертв, не оказался вне зоны досягаемости.