В погоне за … Ann

 – «Людей неинтересных в мире нет. Их судьбы – как истории планет. У каждой все особое, свое»[2 - Из стихотворения советского и российского поэта Евгения Евтушенко (1932–2017) «Людей неинтересных в мире нет…» (1961).].

Паша с Алиной переглянулись.

Вскоре маленькие колесики снова оказались в луже, а потом и в лифте; прокрутившись несколько раз по подъезду, они очутились в однокомнатной квартире с балконом, с которого открывался роскошный вид на город.

У Андрея перехватило дыхание. Все в этой квартире осталось точно таким же, как и было.

Диван, стол, стулья, кухня – ничего не изменилось, только вместо ярко-желтых штор сейчас висели темно-синие.

Он закрыл глаза, и в голове всплыло воспоминание. Тогда он тоже смотрел в это окно на снег и звучала песня:

То были капли дождевые,

Летящие из света в тень.

По воле случая впервые

Мы встретились в ненастный день[3 - Первая строфа из стихотворения советского поэта и переводчика Арсения Тарковского (1907–1989) «Ночной дождь» (1943).].

– Мы с Андреем за пивом сходим, – крикнул Паша.

Его слова оборвали прекрасное воспоминание. Андрей обернулся.

– На нас возьмите. – Алина посмотрела на Вику. – Ты же пьешь?

– Иногда.

Двор нисколько не поменялся, он был словно старой песней, услышанной снова через несколько лет. Андрей помнил каждый закуток и даже эти качели, которые, наверное, построили для взрослых детей. Вот и теперь, несмотря на холод, девушка качалась на них, а молодой человек стоял рядом.

– Ты ей не рассказал, да? – спросил Паша.

– А что мне ей рассказать? Что здесь жила моя родственная душа? Или что я не хотел шерудить старые раны и приезжать? Или что выдумал боязнь самолета, чтобы мы поехали на поезде, потому что очень долго?

– Да ладно, вот тебя понесло…

– Я, когда смотрел в окно на вокзал, все хотел увидеть Аню… Давай сходим до кинотеатра Маяковского.

– Ты совсем? Туда двадцать минут идти.

– Помню, была такая же погода. Мы шли с ней из кинотеатра, после фильма «Сломанные цветы»[4 - «Сломанные цветы» (2005) – артхаусное кино режиссера Джима Джармуша (р.

1953), рассказывающее об одиноком старом Дон Жуане, который получил по почте известие, что у него есть сын, и который снова приходит к своим старым подружкам.], и она читала мне стихи. «Не разнимай сплетенный рук… Не разлучай уста с устами…»

– Братан, я тебя совсем не понимаю. Ты приехал с такой классной девчонкой, у тебя там классная жизнь, а ты все думаешь о какой-то шалаве.