Лёгкое пёрышко. Как падающий снег

Потом я рассказала ей обо всем, подробности так и сыпались из меня. Бабушка внимательно слушала, ее глаза заблестели, когда я описала Лейлин и, конечно, Кассиана.

– Они не сказали, зачем вызвали тебя? – ее глаза горели тревожным блеском.

Я отрицательно качнула головой.

– Сначала Кассиан должен мне все показать. Стоит ли мне туда возвращаться, как думаешь? Все-таки он был не особо приветлив со мной.

– Боюсь, у тебя нет выбора. Этот мальчик был прав, говоря, что люди всегда возвращаются. Ты себя защитить не сможешь, так что не вступай в битву, которую проиграешь.

Мне сразу захотелось возразить. Я всегда терпеть не могла ситуации, в которых у меня не было выбора. В детском саду я часами сидела на своем стульчике, пока воспитательница не сообразила, что я не стану пить отвратительное молоко. Каким бы полезным оно ни было, я его ненавидела. И теперь я должна вернуться к этому тщеславному эльфу? Стоило мне подумать о нем, как образ Кассиана возник в голове, и в животе запорхали бабочки.

Бабушка, не спускавшая с меня глаз, погладила меня по щеке.

– Ты все сделаешь правильно, – она с кряхтением встала. – А теперь давай сходим в мою комнату и немного перекусим, прежде чем съесть очередной овощной суп.

Когда мы вышли, Грейс оказалась у двери.

– Я просто захотела пить, – заявила она.

– Кухня в противоположном конце холла.

В смехе Грейс прозвучало фальшивое веселье. Она нас подслушивала. Единственный вопрос заключался в том, что именно она услышала.

Теперь она, прищурившись, смотрела на меня.

– Могу я принести вам что-нибудь? – сладким голоском обратилась она к бабушке.

– Спасибо, Грейс, но Элиза позаботится обо мне. Было бы замечательно, если бы ты пока помогала моей дочери, тогда у внучки будет больше времени на меня.

Грейс натянуто улыбнулась и кивнула.

– Думаешь, она нас слышала? – спросила я бабушку, после того как она ушла.

– Не представляю, но на твоем месте я бы за ней приглядывала. Она не чиста на руку, но ты и так это знаешь. Не понимаю, что в ней нашел твой брат.

Я перелистывала рукопись, лежавшую у меня на коленях. Все было готово.

Мы со Скай уже сидели в кабинете театрального искусства и ждали остальных. Сердце у меня так и колотилось в груди.