Искра богов. Не потеряй меня

– Не смей, – одернула она его. – Твои любовные похождения и так принесли достаточно бед.

Зевс приподнял бровь и с любовью ей улыбнулся.

– Ты ведь знаешь, что ты для меня единственная.

– Стала такой пару сотен лет назад. – Гера помешала сахар в чае.

– Ты всегда была для меня единственной, – подмигнул ей муж. – Иногда я просто сбивался с пути, как и ты, моя дорогая. – У Геры покраснели щеки, и Зевс снова улыбнулся, заметив смущение своей жены. – Странно, что человеческий мир меняется так сильно. В отличие от нашего.

Гера склонила голову.

– Скучаешь по прежним временам?

– Не уверен, – ответил он. – Раньше люди верили в наше существование. Поклонялись нам. А теперь о нас вспоминают лишь в байках, если вспоминают вообще.

Гера вздохнула, а Зевс погрузился в воспоминания о былых счастливых днях. Он нечасто позволял себе это. Взяв Геру за руку, начал задумчиво перебирать ее пальцы.

– По крайней мере, нас больше не беспокоят постоянными просьбами и желаниями.

– Возможно, но признай: иногда тебе становится скучно.

Зевс посмотрел на крошки от торта, оставшиеся на столешнице, которые под его взглядом растворились в воздухе.

Гера усмехнулась. Ее муж – страшный педант.

– Я не могу позволить Прометею сорваться с крючка. Мне надобно, чтобы он был на моей стороне. Особенно сейчас, когда собственный сын желает меня свергнуть. Пусть радуется, что больше не прикован к скале. По сравнению с этим его наказание просто смехотворно.

Гера рассмеялась и ударила его по плечу. Он по-прежнему чертовски хорошо выглядел, и она была счастлива, что муж перестал поддаваться своей тяге развлекаться с человеческими женщинами. Она не любила его с кем-то делить, и единственным утешением служило то, что он всегда возвращался к ней.

– А ты не думаешь, что Джесс может разрушить твои планы?

Зевс покачал головой.

– Она не сможет ему противиться. Как бы ужасно он с ней ни поступил.

Гера устремила взгляд на воду, простиравшуюся перед ними до самого горизонта. Мир людей действительно был прекрасен. Порой она жутко тосковала по жизни в Греции. С тех пор, однако, пролетели сотни лет.

– Для того, кто соблазнил столько женщин, ты поразительно мало о них знаешь, – произнесла она через какое-то время.

Зевс снисходительно ей улыбнулся.

– Ты ошибаешься, любовь моя. Я слишком хорошо их знаю.

I.