Мечтатели Бродвея. Том 3. Чай с Грейс Келли

– Вот беда-то! Но ты точно не делаешь ничего такого, чего не одобряет американская мораль?

– За шоколадное мороженое, может быть, и сделала бы. Но не за иллюзию.

– Ты так возбуждена, ни дать ни взять дебютантка перед первым балом, – ввернула Эчика.

– Что-то в этом роде, – пробормотала Шик, мечтательно проводя пальцами по своим коротким темным волосам. – Первый бал, да, в каком-то смысле… Черт, я растрепалась!

Девушки переглянулись – шлем Шик растрепать было невозможно. Она метнулась в ванную, а подруги исчезли и минуту спустя появились вновь, нагруженные шляпкой- ракушкой, золотой сумочкой, чулками и перчатками.

– В этом доме, – заметила Эчика, – когда одна девушка выходит в город…

– …остальные начинают походить на колонию нудистов! – закончила Урсула.

Сделав это старое как мир открытие, они ворвались в ванную без стука. Шик смывала рубиново-красный лак, которым покрыла ногти час назад. Со вчерашнего дня она ходила исключительно с поднятыми руками.

– Это так важно? – поинтересовалась Урсула.

– Мы знаем эту редкую птицу? – рискнула Эчика.

Удивительное дело, Шик не нашлась с колким ответом. Ее спас телефон, вдруг залившийся внизу. Но грудь ее тотчас сжало как в тисках. Она уставилась на свой флакон с лаком, как будто он замышлял каверзу.

Наверняка это он, Уайти, звонит, чтобы отменить свидание. Она продолжала заниматься ногтями, но перестала дышать.

– Телефон! – взревела Истер Уитти из недр холла.

– Кого? – гаркнула Урсула.

– Кого, по-вашему?.. Мисс Фелисити, кого же еще.

Шик стерла остатки лака, бросила красную ватку в ванну и спустилась по лестнице с такой неохотой, как будто внизу ее поджидала гремучая змея.

Истер Уитти бросила телефон на произвол судьбы. Трубка качалась на витом шнуре, как акробатка на трапеции, покинутая партнером.

– Алло?

Это действительно был он.

– Фелисити, наконец-то! – воскликнул он. – Я уже думал, что телефон сорвался со своей подставки и ушел погулять. Послушайте, Фелисити…

Вот это и волновало ее в Уайти.

– Я хотел сделать вам сюрприз, но ничего не поделаешь… Фелисити, это так глупо, я просто не решаюсь вам сказать!

Она ждала молча, не в силах произнести ни слова, к глазам подступали слезы. Драгоценная тушь растечется… И она вместе с ней. Сейчас Уайти скажет ей, что вечер отменяется. Останется только смыть макияж, принять аспирин и лечь.