Мечтатели Бродвея. Том 3. Чай с Грейс Келли

– Вы не догадываетесь, Хэдли… Правда не догадываетесь?

Она покачала головой, чтобы не дать ему продолжать. Он ощупал свое пальто, карманы, достал что-то и протянул ей.

– Я хотел купить розы. Цветочный магазин напротив «Сторка» оказался закрыт. Искать было некогда, я боялся утратить то немногое, что осталось от моего мужества. И тут появилась эта старушка в своих невероятных юбках… Она продавала только фиалки.

Хэдли рассеянно взяла букетик. Как только она его коснулась, вернулось то же чувство. Та же мышь, раскаленная и ледяная одновременно, карабкалась по ее спине.

Она отшатнулась, не в силах удержаться.

– Хэдли!

Он поймал ее за талию. Она вдохнула запах фиалок. Зал качнулся еще два-три раза и замер.

– Все хорошо, – сказала она тихо. – Я просто не выспалась.

– Вы слишком много работаете.

Он не отпускал ее.

– Вы заслуживаете лучшего, чем эта безумная жизнь, эта гонка за тремя долларами. Хэдли… Есть возможность прекратить этот цирк. Я хочу…

– Подождите, – перебила она его, задыхаясь, как будто долго плавала под водой.

Он сжал ее крепче.

– Мне так нравится обнимать вас.

Он порылся в памяти в поисках фраз, которые готовил весь день. Ничего не вспоминалось. Он сказал:

– Время – враг. Не верьте ему, если оно подсказывает вам ждать, это уловка.

Она застыла, упираясь лбом в его подбородок.

– Это… максима Артемисии, – добавил он со смешком, который сам нашел жалким. – Еще Артемисия говорит, что нельзя упускать свой шанс. А мой шанс, Хэдли, мой шанс – это ты.

Она тихонько качала головой и не могла остановиться.

– Я люблю тебя.

– Почему? – спросила Хэдли, и это прозвучало тише выдоха.

Она высвободилась, закрыла лицо руками. Он внимательно смотрел на пузырьки в «Канада Драй».

– Это из-за малыша? – спросил он после долгого молчания. – Потому что есть Огден?

Она подняла голову. Страдание прошлось по ее юному лицу так жестко, что почти исказило его. Даже веснушки исчезли. Джей Джей снова обнял ее, как она ни сопротивлялась.

– Я не знаю твоей истории, милая Хэдли, – прошептал он куда-то в ее затылок. – Ты не обязана мне рассказывать. Не сейчас, не сразу. Я просто хочу, чтобы ты была счастлива. Я буду любить вас, Огдена и тебя.

Он приподнял ей подбородок. Слезы под его пальцами были теплыми.

– Будь моей женой.

Он тотчас закрыл ей рот рукой.

– Не говори ничего, не отвечай. Это требует серьезного рассмотрения, это не шутки.

Он отпустил ее, достал из пачки сигарету.