Мечтатели Бродвея. Том 3. Чай с Грейс Келли

Джей Джей продолжал еще тише:

– На последней странице последнего дневника написано, что он намеревался преподнести его вам на свидании в «Уолдорфе». Вы прочтете. Он собирался положить футляр под вашу салфетку. Вы бы нашли его за… супом из спаржи.

– Почему же он не пришел? – воскликнула она, горько рыдая и по-прежнему пряча лицо. – Почему не явился сам?

У Джей Джея вырвался бесконечно печальный вздох. Ему хотелось обнять ее, выплакать с ней свое горе. Но он не решился к ней притронуться, она бы разбилась.

– Он приходил, – проговорил он. – Когда он понял, что вы не придете на свидание в тот вечер, он покинул «Уолдорф» и помчался в маленький пансион, где вы укрылись.

Весна метнула в окно солнечный луч, заставивший его зажмуриться.

– Но Митци собрала вещички тем же утром, на рассвете. Она уехала, не оставив адреса.

Джей Джей открыл глаза.

– После этого дедуля убрал перо и чернильницы и перестал писать дневники.

Джей Джей не знал и никогда не узнал, что он был первым человеком, видевшим слезы Артемисии, но в эту минуту, несмотря на свою молодость, он ощущал, как и старая дама, которую он никогда не видел до сегодняшнего дня, скорбь по безвозвратно упущенному вальсу, острое лезвие непоправимого абсурда.

Он отмахнулся от богатого выбора мысленных формулировок, чтобы тактично проститься.

Она утерла слезы, погладив большим пальцем под глазами, незабытым жестом юной кокетки. И заговорила первой:

– Джей Джей, не испортите все, как Нельсон и я… Жизнь может быть такой глупой.

– Я постараюсь, – ответил он с чуть натужной веселостью.

Она удерживала его, ее костлявые руки были уже сухи.

– Мой мальчик, я стара и серьезна. Время, о… Оно наш главный противник. Не верьте ему, когда оно нашептывает вам: ждите, – это уловка. Уловка, из которой можно извлечь урок.

Теперь она сжимала его запястья, серьезно, пылко.

– Молчать – вот смертный грех. Поговорите с ней, не медлите.

Их взгляды встретились.

– Я видела ваше лицо, когда вы провожали ее сегодня утром. Поговорите с ней. Поговорите!

– Хэдли?.. – удивленно пробормотал он.

Она молча закусила губу.

– Хэдли не питает ко мне любви.

– Откуда вам знать? Вы ее спрашивали? Говорили ей о своей, о той, что я прочла в ваших глазах, когда она появилась?

Зеленые радужки заглядывали ему прямо в душу.

– Вас останавливает ребенок? – спросила она, вдруг выставив вперед подбородок чуточку свирепо.