Смерть может танцевать

 – А что это за клан такой? Чем они занимаются?

– Я точно не знаю, они живут в тени и все, кто суёт нос в их дела, долго на этом свете не задерживаются, – как смог рассказал Моня, – тот же Ярг впоследствии должен стать одним из их генералов.

– Это если выживет, я так понимаю? – поинтересовался я.

– А ты сомневаешься? – усмехнулся тот. – Ой, извини, я не хотел ничего такого сказать, – тут же сообразил он, что ляпнул не то.

– Ха-ха-ха, – впервые за долгое время засмеялся я, – нет, Моня, вот здесь ты прав.

– Ребята, а вам обязательно сейчас про кровь? – встряла в разговор Квида. – Я ведь других историй в своей жизни больше и не слышала. Влад, может быть, ты что-нибудь расскажешь?

– Боюсь, мои истории окажутся ещё более кровавыми, – отказался я, – но мне теперь ужасно хочется узнать про эти ваши кланы.

– Ну скажешь тоже, – засмеялся Моня, – будь они наши, сейчас вот этого, – он потрепал себя за ошейник, – на мне бы не было.

– Интересно, времени сейчас сколько? – я прислушался к себе и понял, что внутренние часы сбились, а такое бывает только когда человеку хорошо.

– Пошли через площадь, – тут же предложил тот, – там на башне часы есть.

Мы свернули в очередной проулок и отправились вдоль диаметра города. Вскоре вышли на проспект, повернули к центру и, как оказалось, мы были не так уж от него далеко.

– Конец четвёртой четверти, – ответил Моня. – Вы, как хотите, а я пойду спать.

– А вот тебя я, пожалуй, провожу, – сказал я Квиде и протянул руку Моне. – Спасибо за экскурсию, не забудь завтра хозяину свёртки отдать.

– Это я первым делом, – показал большой палец вверх он, – даже помогу железо, какое получше подобрать.

– Я завтра вечером в помощь приду, – махнул я рукой. – Всё, иди давай, от тебя не отвяжешься.

Моня прокомментировал мои слова хохотом из переулка.

– Ну что пошли, раз уж напросился в провожатые, – улыбнулась Квида и взяла меня под локоть.

Проживала она далеко от меня, примерно час пути в одну сторону. Я прекрасно понимал, что завтрашняя тренировка будет для меня очень тяжёлой, но отказаться от прогулки не мог.

Нет, этические соображения здесь совершенно неуместны. За девушку рабыню, к тому же работающую на определённый дом, спросить могут очень строго. Опять же тот факт, что с рабов брать нечего, тоже даёт некий иммунитет.