Я её нашёл, но…

Когда-то здесь царила красота, лоск, а роскошь интерьера радовала глаз хозяина. Но пришёл Советский Союз и кто-то решил, что жёлтый квадратный кафель и голубая краска на балясинах и стенах выглядят лучше.

От времени плитка отлетела в некоторых местах и сейчас предательски хрустела под рифлёными подошвами ботинок.

Осматривать первый этаж не было ни сил, ни желания и я сразу же шагнул на лестницу. Наверху было так же пусто: никакой мебели, наполовину разобранный паркет, даже двери в некоторых проёмах отсутствовали.

Так и куда мне? Вроде как движение было справа.

Достаю бинокль и на всякий случай осматриваюсь. Нет, стены не пропускают тепло человеческого тела. Только прозрачных тварей удаётся рассмотреть даже сквозь толстый бетон, но этот эффект никто не может объяснить. Ведь по идее инфракрасное излучение должно в них полностью гаситься, однако что-то с ними не так. Хоть видно их намного хуже, но всё же. В этом здании точно находился человек, в противном случае я бы давно заметил опасность.

Направление всё же выбрал вправо. Длинный коридор с дверьми по обеим сторонам и осматривать приходится каждую.

Атмосфера, конечно, та ещё: напряжение такое, что от меня можно свободно телефон зарядить. Пот тонкими струйками катится по спине, а всё от того, что я не понимаю чего ждать. Ведь выскочить на меня может что угодно: тварь, человек, возможно, даже Ольга. Но как среагировать, как понять, когда нужно нажимать на крючок, а когда нет? Плюс само ожидание встречи подкидывает волнения.

Так, стоп, лучше бы мне успокоиться…

Какой-то шорох за спиной заставил меня вздрогнуть. Резко оборачиваюсь, нет – пусто. Но что это было? Тварь или человек?

Оставляю непроверенный коридор в покое и решаю вернуться назад. Какая-то пустая бутылка предательски попала под ногу и с грохотом покатилась по щербатому, паркетному полу. Прижимаюсь спиной к стене и тяжело дышу – нет, так дело не пойдёт. Сердце, того и гляди, выпрыгнет из груди, нужно успокоиться.

И с чего вдруг меня так колбасит? Не в первый же раз здание осматриваю, хотя в те моменты всё было понятно: или ты, или тебя.

Ещё раз подношу к глазам бинокль, знаю, что тварей нет, но лишним точно не будет.

Три выстрела сверху заставили меня присесть, а после этого я без оглядки рванул к лестнице. Перепрыгнув через две ступеньки, я всё же притормозил и, вскинув дробовик к глазам, осмотрелся. Нет, никого.