Тлен

В основании черепа хрустнуло, и тело старика обмякло, но он всё ещё оставался жив. В смысле, мозг продолжал функционировать, хотя опасности мертвяк больше не представлял. Он лишь шевелил сломанной челюстью.

Но Игорю хотелось крови. Высвободив руку, он уселся на верхом на старика и принялся обеими руками долбить гантелью по черепушке, пока та наконец не лопнула, брызнув мозгами во все стороны.

К тому моменту Квадрат умудрился замочить одного из мертвецов. Сейчас его труп валялся в нижней части ступеней, мешая двум другим подниматься.

– Хули ты смотришь на них, добивай! – бросил ему Кочет, снова рванул наверх и забарабанил в дверь своей квартиры. – Марго, выходи!

– Пошёл на хуй! – донеслось из квартиры.

– Открой дверь, шалава, или я сейчас заставлю тебя ляжки от страха обдристать!

Спустя секунду щёлкнул замок, и перепуганная Марго выскочила в подъезд.

– Дверь не захлопывай, пошли.

– Я не пойду, – замотала головой она. – Мне страшно.

– Тебе что, напомнить, как выглядит настоящий страх?!

– Н-не надо, – ещё больше затряслась та. – Я иду.

Они вместе спустились к Квадрату, который уже добивал последнего мертвяка. Окровавленная мясорубка мелькала в воздухе, разбрызгивая кровавые ошмётки по стене.

– Всё-всё, хорош, – остановил его Кочет.

Квадрат подскочил и уставился на парня обезумевшим взглядом. Казалось ещё немного, и он бросится на него, но пронесло.

– Тихо, – шикнул Игорь и, прикрыв глаза, прислушался к обстановке.

Разобрать что-либо не получилось, потому как шум всполошил всех бывших жильцов. Многие из них остались замурованными в собственных квартирах и теперь наполняли подъезд всевозможными звуками. Кто-то скрёбся в дверь, другие стучали, и во всей этой какофонии не получалось определить, есть здесь ещё противники или можно спокойно продолжить спуск.

Игорь снова пошёл первым. Он не спешил, каждый раз свешивался через перила и осматривал, что происходит этажом ниже. Так, шаг за шагом, они спустились на первый этаж. Путь оказался свободен, и новых встреч с мертвяками не случилось.

Однако теперь предстояло выйти на улицу, а это уже совсем другой уровень опасности.