Смерть может танцевать 6

 – Кто дал вам право?

– Если я скажу «сила», тебя устроит этот ответ? – нагло заявила девчонка.

– Ты сейчас ведёшь себя, как Кетта, – Шаман указал пальцем на Лему. – Вас вообще не должно быть в этом мире. А раз уж пришли, то и ведите себя соответственно.

– Извини, Шаман, – встрял в разговор я, пока девушка молча наливалась краской и совсем не от злости, – может быть, лучше подскажешь, как нам отсюда выбраться?

– Тебе уже дали силу, Безликий, а ты в очередной раз используешь её не по назначению. Игры кончились, хватит.

– Не я начал всё это.

– Но ты можешь закончить.

– Тогда верни нас обратно, Шаман.

– Это не в моей власти, я всего лишь наблюдатель.

– Разве это даёт тебе право вмешиваться?

– Ты со своей подругой вынуждаешь меня делать это. Вы перешли все границы разумного. Тебе всего-то и нужно было не дать Кетте вновь проникнуть в другие миры.

– Тогда перестаньте пудрить мозги и объясните толком, что и как делать. Я не просил ни силу, ни путешествия по мирам.

– Неужели ты до сих пор считаешь себя избранным? Думаешь, кто-то должен был спросить твоего дозволения? Ты воин, такова твоя судьба. Вспомни предков, никто из них не жил иначе, разве не так? Да и границу миров ты перешагнул самостоятельно.

– По-твоему, я должен был её бросить? – кивнул я затылком в сторону Лемы.

– Ты сделал осознанный выбор, не нужно оправданий, да и я не тот, кто готов их выслушивать.

– Тогда зачем вообще ты пришёл? Назад вернуть ты нас не в праве, говорить не намерен. Что тебе нужно, Шаман?

– Чтобы ты наконец принял свою судьбу. И уверяю тебя, Безликий, она вовсе не в том, чтобы драться с беззащитными. Уважения добиваются иначе, тебе ли не знать?! Надеюсь, ты сможешь донести это и до своей подружки.

– И какова моя судьба?

– Разве я сказал, что являюсь пророком?

– Что не так с этим миром?

– Это с тобой что-то не так, а мир тебе дали чистым. Учти, Безликий, ты получил последний шанс.

– Эй, постой… – я, было, сорвался за ним, вот только тут же потерял его из вида.

Всего секунду назад он развернулся и вошёл в толпу, как тут же растворился в ней, словно его и не было. И это при одежде, которую сложно спутать с простынями местных.