Философия терпимости

Я прошел первый зал, в котором по идее должны были стоять турникеты, но вместо них из пола торчали пеньки от анкерных болтов. «Металлисты» быстро прознали о новой заброшке и в течение недели вынесли из нее все, что только напоминало железо. Вот и анкерам досталось, спилили практически под корень.

Далее – скелет эскалатора. Местами он еще цел, но все же больше напоминает мой беззубый рот. Его ступени также представляли ценность, но сковырнуть их окончательно не успели. Администрация ж/д вовремя спохватилась и поставила заброшку на охрану.

А иначеотсюда бы даже рельсы вынесли.

Налетели коммунальные службы и в течение дня перекрыли вход в заброшенный недострой. В первое время здесь еще и камеры работали, датчики различные, а в случае чегоприлетали ребята из ГБР. Мародеров быстро отучили от халявы, потом место заросло, и про него благополучно забыли. А я вот случайно наткнулся.

В этом мне помог верный друг и товарищ. Да-да, есть у меня такой. Мы, собственно, и познакомились в тот вечер.

Зовут его Геннадий Палыч, но чаще – Генка. А еще чаще – Репейник на ножках или, по простому, Колючка. Все потому, что он ежик. Самый натуральный, который по ночам топает, будто стадо слонов, а на зиму впадает в спячку. Эх, мне бы такие способности!

Этот разбойник утянул у меня кусок колбасы, которым я собирался честно поужинать. Естественно, я бросился в неравную схватку с ночным хищником, даже не подозревая, к чему в итоге это приведет. Теперь мы с Генкой подружились и давно позабыли о старых разногласиях.

Оказывается, ежи прекрасно приручаются. А уж как охотятся на грызунов…

Я щелкнул фонарем на нижней стороне зажигалки и подсветил путь, чтобы не переломать ноги на щербатой лестнице эскалатора. Спуск не занял много времени, и вскоре я миновал нишу, в которую планировали вмонтировать герметичную переборку. Дальше – небольшой тоннель, который и вывел меня к путям, и платформе.

– Эй, фыр-фыр, ты где там у меня спрятался? – негромко позвал я ежа.

 – Иди скорее, я тебе яблок принес… Геннадий Палыч!

В ответ с дальнего конца станции раздался быстрый топот по кафелю, но вскоре он стих, и на смену ему пришло агрессивное шипение.

– Это ты кого сейчас на хрен послал? – ухмыльнулся я и, подсвечивая себе фонариком, отправился на поиски друга.

По пути подхватил диодную лампу на батарейках, стилизованную под старинный светильник, с какими раньше гуляли по улицам Лондона. Только этот из пластика.