Исповедь секс-массажиста. Часть 3

Значит, вышел он из дому, а на него пялятся красные угольки глаз. Виктор Асаныч с воплем метнул ведро с дерьмом прямо в башку хищнику, а сам дёрнул домой… На следующее утро, рядом с расплескавшимся ведром говна, виднелись на снегу множественные волчьи следы, уходящие в лес.

Периодически из леса прилетал ястреб. Залетал прямо в наш, огороженный каменными стенами двор и крал цыплят, когда те вылезали из курятника и гуляли по двору. Однажды ястреб сидел на яблоне, готовясь к атаке. Сожитель моей бабки схватил двухстволку, зарядил патрон и шандарахнул в пернатого вора.

Ястреб преспокойно поднялся в воздух и улетел в сторону леса.

Где-то поблизости было его гнездо. Летом, он нападал на людей. Через лес вела трехкилометровая дорога до соседней деревни, до автобусной остановки. Ястреб пикировал на пешеходов, бредущих по этой дороге, и пытался долбануть их клювом или когтями прямо в голову. Приходилось прятаться за деревьями и кустами, и двигаться вдоль дороги, пока хищник не терял свою цель из виду.

Виктор Асаныч с моей бабкой постоянно ссорились из-за водки. По выходным они сидели на кухне и вели свои дурные разговоры, выясняя отношения. Затем бабка выливала водяру в раковину. А я прятался на печке или претворялся что сплю, впитывая каждое слово их ссор.

Я постоянно рисовал. Девяносто процентов моих рисунков не удавались. Я их рвал и приходил в глубокое отчаяние на несколько часов.

Вообще меня очень сильно огорчали все мои неудачные проекты. То есть практически все. Но без проектов я не мог, мне было скучно.

Скука всегда была моим самым главным врагом.

Сверстники мои были другими. Они получали удовольствие от примитивных игр и общения друг с другом. Больше им ничего не требовалось. Я всегда смотрел на них как на идиотов. Я был занят своими проектами: Ковёр – самолёт, дом на дереве, лук для охоты и т.д. И был раздражён когда меня отвлекали, вытаскивая гулять.

***

Лет с одиннадцати я перестал стремиться к одиночеству, что было со мной раньше постоянно. Раньше я мог весь день читать книгу, уходить в лес и сражаться на палках с воображаемым противником.

Моя любимая погода была дождь, ветер, снегопад. Самая не любимая – ясный солнечный день, когда все выползают на улицу. Погодные ненастья я любил и словно растворялся в них. Они полностью гармонировали с моим мироощущением. Казалось, мне был не нужен никто из людей.

С одиннадцати лет во мне начал просыпаться тревожный голосок, сладкие, мучительные, томительные чувства.