Каннибализм

– Нахуя ты ее сюда притащил, – яростным голосом шептал Пашка.

– Просилась она, я не знал, что ей сказать, – ответил Игорь.

– Нахуя сам пошел тогда к ней, если тупой такой, – уже безразлично, понимая, что ничего не исправить.

Они выбрались той же дорогой. Игорь остался стоять в стороне и просто наблюдал.

Пашка подошёл к Марине. Та прильнула к нему, целовать пыталась. Что-то изливала Пашке в полукрике. Руки его хватала, заставляла их обнимать себя. Потом бить его начала.

«Какая она маленькая», – вдруг подумалось Игорю тогда.

На фоне них с Пашкой Марина казалась такой малышкой. Он почему-то никогда не воспринимал ее по росту. Может, потому что в постели рост не так важен и заметен.

Тогда Пашка заговорил. Вдруг. Внезапно. Как пулемёт, таившийся в засаде. Яростно и злобно затараторил громким шёпотом. Сжал руку Марины повыше локтя, больно так – видно было. Бросил малышку Марину на землю. Поднял. Ударил. Опять что-то ей кричал в ухо. «Не люблю», кажется. Или «Ненавижу». Или «Не приходи больше».

Или всё сразу.

Еще раз бросил ее на землю.

– Нахуй иди! – крикнул Пашка напоследок в лицо Марине, развернулся и пошагал к Игорю. Когда поравнялся с ним, бросил: – Пошли спать! Не ходи больше к ней ебаться.

«Как шавку», – подумал Игорь. Так собак били его друзья, когда с ними наиграются, чтобы те потом не увязались. Просто мера воспитания.

– Ты иди, – сказал Игорь, – я ее провожу. Трахать не буду. Просто провожу.

Игорь и сам не понимал, что там в нём пробудилось.

Жалостью он никогда не страдал. Всё-таки он любил с Мариной заниматься сексом. Позднее Игорь всё списывал именно на эту «любовь».

– Да хоть к чёрту иди! – рявкнул Пашка и пошёл спать. Не знал, Пашка, что это еще не конец истории.

7

Марина побежала через лабиринты. Игорь побежал за ней. Он уверен был, что она заблудится.

Бежал и вслушивался в ее шаги. Куда она повернула? Туда? Нет, направо. Бежал направо, освещая дорогу фонариком.

Но вдруг шаги прекратились.

– Марина! – крикнул Игорь, но ответа не получил.

Лишь что-то мелькнуло на краю освещенной зоны. А потом раздался громкий невнятный звук позади. Разумеется, первое, что пришло в голову девятнадцатилетнему парню – медведь, о котором говорила Марина.

А если действительно медведь, то нужно его напугать.

– У-у-у-у! – закричал диким воем солдат.

– Ю-у-у-у! Ха-ха… – насмехался кто-то рядом. Детский игривый голос.

Игорь перевёл резким движением фонарик в сторону голоса.