Мертвецы не танцуют

– Все так и будет, – кивнул я.

– А тебе не кажется… – Япет почесал бороду. – Не кажется ли тебе, что ты внушаешь вот этим… Необоснованные надежды?

– Лучше необоснованные надежды, чем обоснованная безнадежность, – твердо сказал я.

И красиво, Гомер учил выражаться красиво, мужественный юмор помогает в бою, так он всегда и говорил.

Япет запутался в бороде пальцем, уставился на меня, как волк на волкера. Приятно. Они все тут думают, что если я из Рыбинска, то и дикий совсем. А я не дикий, я способный.

Я времени зря не терял, развивался. И книжки разные читал, и с людьми разговаривал, тут есть с кем поразговаривать, взять безногого – говорун лучше не придумаешь, как говорит – заслушаешься, мозг затрясется. Правильно, с оборотами разными, как раньше люди говорили, вот если бы ему пальцы вовремя отрезали, сейчас бы бегал как новенький.

– И ты в это веришь? – спросил Япет.

– Да.

– Что воды разойдутся по мановению руки? А облака изменят свой бег?

Доктор кашлянул.

– Чего? – не понял я.

– Вера – это прекрасно, – сказал Япет. – Она всем миром двигает…

– Точно.

– Понятно, – Япет оставил бороду в покое и книжку мою в покое оставил. – Понятно все. А как вообще?

– И вообще нормально, – ответил я. – Вчера зачистили третий выход, вынесли двух шейкеров. Еще какая-то дрянь объявилась, не успели, сбежала. Проверили секретки, ловушки насторожили, все как полагается. Патронов много ваши расходуют, стреляют почем зря, а это нехорошая привычка, сами знаете.

Вы им скажите, а то они меня не слушают.

– Кто у тебя?

– Серафима и Шнырь. Проныра то есть. Вы же знаете…

– Знаю? Наверное… Как они? Вообще?

Про Серафиму и Шныря он каждый раз спрашивает, а я ему каждый раз отвечаю. Почти всегда одно и то же.

– Так они. Совсем бестолковые, а бить их нельзя…

– Да, – кивнул Япет, – бить нельзя…

Бить их нельзя, это их может обидеть. А то, что они суются куда не следует, то, что голову в любой момент им снести могут, это их не обижает.

– Бить человека нельзя, ему и без битья плохо живется, – сказал Япет поучительно. – Но я с ними поговорю. Чтобы дисциплина была, ну, и… И дисциплина. Как с четвертой базой?

– Работаем. Сделали четыре ходки. Продовольствие, вода, патроны, лекарства, все как надо. Готовимся помаленьку. Сами знаете, времени мало, работы много. А тут еще эти смерчи. Кладбища расковыряли, мрецы лезут, как тараканы по осени, я вот целую неделю на кране просидел.