Девятая пешка. Сборник рассказов

О высоких башнях, в которых живут люди в железных одеждах. Эти рассказы так сильно увлекли девушку, что снились ей по ночам. Холмы с зелёной травой, на которых стоят дома с глиняными крышами и чудные ветряные мельницы, не выходили из памяти. Захватили её воображение.

Настолько, что она захотела увидеть их во что бы то ни стало.

* * * * * * *

– Всё, деда, я ухожу, – сказала она однажды.

И тяжело выдохнула. Словно подвела черту.

Старик вздрогнул и оторвался от своих рукописей.

– Чего? – пробормотал он, – куда это уходишь? На рынок что ль?

– На Северо-запад, – ответила она с усмешкой, – за горную гряду.

– Чего?… А, бес побери… – прокряхтел он, разминая затёкшую спину.

Голос его звучал странно, словно писарь подтвердил свою старую догадку и ожидал подобного от собственной внучки.

– Не нужно было тебе истории рассказывать. Здесь же дом твой…

– Знаю! – она отмахнулась и сжала руки в кулаки, – здесь мой дом, да.

Она захлопала глазами, как ночной мотылёк перед пламенем костра, словно припоминая нечто исключительное.

– А ещё… ещё водопад у Горного зеркала, статуи козерогов у главной скалы… А ещё здесь горы… Горы, деда! – восторженно воскликнула она, – горы – это моя любовь! Высокие гранёные скалы, а вдалеке у самого горизонта их целое множество. И белоснежные вершины, такие, словно кто-то их солью посыпал!

– И чего же ты? Прочь от своей любви уедешь? – насмешливо спросил старый летописец, – кто ж так делает?

Девушка захотела что-то ответить, но слов у неё не нашлось, и она с грустью потупила взгляд.

– Кто ж тебя по дороге-то защитит?! Как же ты пойдёшь вообще?

– Пойду, – упрямо ответила она, – не волнуйся за меня…

– Ну, вот ещё! – запричитал дед, бросив перо, – будут у тебя свои дети-внуки, посмотрю я на тебя, когда тебе скажут «не волнуйся»!

– Всё лучше, чем оставаться здесь! – в сердцах воскликнула девушка, гордо подняв голову, а её голосом словно заговорил дух гнева, – это место изменилось! Сильно-сильно изменилось! Там, где раньше было благополучие, теперь нет ничего.

Она ненадолго замолчала, чтобы протереть намокшие глаза.

– Нет, деда… теперь это проклятый край.