Инверсия жизни

– Покажи раны, – сказал Юрий Эдуардович.

Девушка вытянула руки – на предплечьях было несколько неглубоких порезов.

– Жить буду, – Настя шмыгнула носом, – но болит сильно.

– Лёня, а тебя она куда задела? – Теперь Облаков рассматривал скрюченного Дарвина. Его рубашка была пропитана кровью.

Лёня расстегнул пуговицы, и Облаков увидел порез чуть выше солнечного сплетения.

– Чуть не погибли, – сказал Дарвин. – Вас не ранили?

– Нет, – ответил учитель. – Надо как-то перебинтовать вас. Сейчас… сядьте пока.

Облаков пошел в лаборантскую, которая находилась за аркой в конце класса, и достал с верхней полки стеллажа что-то наподобие аптечки – коробку с бинтами, зеленкой и таблетками от головной боли и прочих недомоганий. Юрий Эдуардович вернулся в класс и подошел к Насте, сидевшей на первой парте ряда возле двери. Лёня сидел напротив, в среднем ряду. Девушка держала трясущиеся окровавленные руки перед собой. Учитель обработал ее раны перекисью водорода, а потом помазал зеленкой. Настя, стиснув зубы, мужественно не проронила ни звука, хотя слезы все то время, что учитель водил ваткой по ранам, текли из глаз ученицы.

– Давай теперь тебя, – сказал учитель Лёне.

– Я сам! – Дарвин схватил бутылку с перекисью и вылил на грудь.

– Куда ты столько тратишь! – возмутился Юрий Эдуардович. – Она нам может еще пригодиться.

Лёня промокнул единственный, но глубокий порез зеленкой и, не в силах терпеть боль, взвыл на весь класс.

Облаков подошел к окну. Оно выглядело как замыленное зеркало, в котором отражался пустой класс с тремя рядами парт, формулами на стене и портретами известных физиков. Учитель прислонился лбом к стеклу – ничего не видно, кроме редких огоньков в далеких домах напротив. Потом Облаков еще раз попробовал набрать номер полиции, хотя и понимал бессмысленность этого поступка. Связи нет.

– Почему она не пыталась вас убить, когда вы ее оттаскивали от нас? – спросил Лёня.

– Не знаю. Я вообще не понимаю, что на нее нашло, – ответил Облаков. – Какое-то помутнение рассудка. Возможно, изменения в мире сказались таким образом на ней.

– Интересно, как там Петров. – Настя старалась произнести эту фразу с безразличием.

– Такие, как он, не пропадут, – сказал Лёня.

– Это точно, – с тоской сказала девушка.

Облаков подошел к двери.

– Сидите тут, я вас закрою на ключ, – решительно произнес учитель.