Инверсия жизни

Кто-то выпрыгнул с балкона последнего этажа пятиэтажки, но увидеть завершение падения человека никто не успел – на улице резко потемнело.

Только пятно солнечного диска бледнело на черном небосводе, напоминая свет в конце тоннеля.

– Все живы?! – нервно произнес Облаков.

– Да, – ответил Лёня, пытаясь нащупать хоть кого-то во тьме. Он нащупал живот Юрия Эдуардовича. Учитель схватил Лёню за кисть.

– Настя, Саша, вы тут?

– Да, – произнесла девушка, разводя руками во тьме. Через мгновение Дарвин всхлипнул.

– Это я, – сказала Настя и взяла Лёню под руку.

Где-то прогремело еще несколько взрывов, похожих на утечку газа. Периодически с разных сторон доносились крики людей.

– Мы ослепли? – спросил Петров.

– Не похоже, – ответил Облаков, – вон солнце.

Все уставились на желтый круг в небе, который ничего не освещал. В некоторых домах горели квадраты света, сочившегося сквозь окна.

– Главное, не паникуйте, – произнес учитель.

– Никто и не паникует, – сказал Петров.

– Я паникую, – еле слышно простонал Дарвин, – только я тихо паникую.

– Не паниковать? Там кто-то из окна выбросился. Что вообще происходит? – дрожащим голосом произнесла Настя.

По телу Петрова пробежал озноб. Парню показалось, что на улице опускается температура.

– Сейчас я попробую посветить, – сказал Облаков.

Юрий Эдуардович достал из внутреннего кармана пиджака телефон и включил фонарик.

– Свет есть, но он почему-то не рассеивается, – произнес учитель.

Луч фонаря метался по асфальту, потом переместился на Настю. Девушка зажмурила глаза и прикрыла луч рукой.

– Что значит «не рассеивается»? – спросил Петров.

– Значит, что он освещает только то место, куда попадает, – ответил Облаков. – Видите четкую границу света и тьмы?

Все уставились на овал света от фонаря на асфальте. За пределами овала ничего не было видно.

– Когда ночью я включаю фонарик, то вокруг того места, куда я направляю луч, освещение остается скудным, – сказал Петров.

– Все верно. Но свет в нашей атмосфере не может иметь четкий контур, – продолжил учитель, – он должен слегка освещать еще и соседние области, а тут мы видим только то место, куда непосредственно попадает луч фонаря. Такого не может быть.

Облаков снова посветил на Настю. Девушка уставилась в телефон, набирая номер.

– Не работает, – сказала она и заплакала. – Мне надо связаться с мамой, она на работе в другом городе, на вахте.