Мастер войны: Маэстро Карл. Мастер войны. Хозяйка Судьба

Поднявшееся в сердце нетерпение заставляло Карла спешить. И все-таки он задал Августу все вопросы, которые считал нужным задать, и внимательно выслушал все ответы, которые дал ему Август.

– Спасибо, солдат, – сказал он Августу на прощание. – Я тебе верю.

Дверь за Августом закрылась, и Карл, даже не заглянув к Деборе, едва ли не бегом вернулся в мастерскую. Чутье уже вело его по следу, и никакой туман, каким бы плотным он ни был, не мог ему помешать.

– Людо Табачник, – прочел он вслух, и порыв ветра отбросил пелену тумана, открывая взору долины прошлого.

Табачник

– А как было бы славно, если бы мы могли обойти этих балбесов, – мечтательно произнес Гавриель, ни к кому конкретно не обращаясь, и, вздохнув, повернулся к полковнику Трою.

– Прикажите трубить сбор, полковник, через полчаса я хочу увидеть сплоченную колонну.

– Будет исполнено, ваша светлость. – Трой поклонился и побежал, тяжело переваливаясь на кривых ногах, вниз, к своим наемникам.

– Жаль, что Нерис ранен, – пожаловался Гавриель, снова повернувшись лицом к противнику.

Вопрос был задан Карлу, и это поняли все, кто находился рядом с маршалом на вершине холма.

– Кому ты подаришь подвиг? – вопросом на вопрос ответил Карл. – И кого назначишь убийцей?

– Ты видишь то же, что и я, – вздохнул Меч. – Хорошо, что ты не мой враг, Карл, хотя иногда я об этом жалею. С тобой было бы интересно сыграть в «кто кого».

Между тем и Гавриель, и Карл, и все другие с понятным интересом рассматривали фронт выстраивающейся перед ними армии.

– Жалко солдат, – сказал маршал через минуту. – Табачник, ты понял, о чем мы говорили с Карлом?

– Извините, милорд. – Вероятно, Табачник чувствовал себя полным идиотом.

– Не извиняйтесь, лейтенант. – В голосе Гавриеля звучала грусть. – По правде сказать, Людо, это я должен перед вами извиниться.

Он замолчал и секунду смотрел на совершенно оробевшего Людо Табачника.

– Но не извинюсь, – закончил маршал свою мысль. – Вы поведете регуляров вон туда.

– Да, – ответил Табачник, но на самом деле он ничего не понял. Его ответ относился к словам маршала, а не к смыслу, который Гавриель в них вкладывал.

Услышав ответ, маршал усмехнулся и кивнул:

– Очень хорошо.

Он снова замолчал.

– Что еще? – спросил вскоре, нарушив молчание.

– Трой ударит в центр, – равнодушно сказал Карл.