Квест Империя: На запасных путях. Наша девушка. Империи минуты роковые

Макс то говорил по-русски совершенно гладко, даже акцент смягчался, то его стопорило, и он начинал, как казалось, переводить с немецкого.

Стейки оказались выше всяческих похвал. Закончив со вторым и опрокинув очередную стопочку («Слеза, ну, чисто, слеза. «Поповка» – она и через сто лет “Поповка”!»), Виктор оглядел повеселевших друзей (даже Лика раскраснелась, и ее усталые больные глаза засветились прежней живой зеленью) и сказал:

– А знаете что, ледиз энд джентльмен, давайте-ка сваливать с этой дачки!

– Что ты сказал, любимый? – подняла бровь Вика.

– Что отпуск закончился.

– Побежим сегодня? – по-английски спросила Вика. Она не была удивлена.

– А почему бы и нет? Выпили, закусили… Кураж есть?

– Есть!

– Ну так вперед! А скажи, Макс, мазаль еврейский гоям[32 - Мазаль – удача, счастье; гой – не еврей (иврит, идиш).] тоже положен или как?

– Обязательно, – серьезно ответил ему Макс. – Я же вас всех в евреи, властью данной мне императором, уже произвел.

– Да, – сказал вдруг с грустинкой в голосе Виктор. – Жалко мне Саргона нашего. Старик был не без дури в башке, но личность. Ладно, выпьем на посошок, и в дорогу!

Маленькая ночная серенада

Они расположились на полу за прилавком слабо освещенного (ночь на дворе, темная октябрьская ночь) обширного торгового зала. Молодая высокая женщина быстро работает с крошечным прибором (возможно, это какой-то компьютер), а рядом с ней в вольной позе расположился высокий крепкий мужчина, в обеих руках которого зажаты какие-то то ли большие пистолеты, то ли маленькие автоматы.

– Ну? – спрашивает тихо мужчина.

– Они блокируют порт и стягивают силы к фиорду, – отвечает женщина ровным голосом.

– Смешные люди! Ладно, пусть померзнут, а мы с крыши сиганем. Что там, кстати, с небом?

– Метель. Они отозвали геликоптеры.

– Вот и славно. Значит, танцуют все! Слушай, а что нам мешает, пока суд да дело, немного прибарахлиться? А то чисто оборванцы, прости господи.

– Давай, – сразу соглашается женщина. – Я там внизу видела шубку из русского соболя. Сказка!

– А я о чем?

Крыша большого торгового центра. Переплетение труб и каких-то машин. Все это, однако, едва просматривается в тусклом свете ночной подсветки. Ночь, порывы ветра несут снежные заряды. Тишина.