Альв

 – Проходили ночью по аллее, тут и громыхнуло.

– Громыхнуло? – переспросил Яков. – То есть был взрыв?

– Полицейские говорят – больше похоже на гром. И еще вроде молния ударила. Вот они направление и засекли. Сначала в потемках нашли только одно тело. Вон ту девушку, – указал рукой адъюнкт на лежавшую неподалеку пшеничную блондинку. – Темно было, остальных не увидели. Один полицейский остался сторожить, другой побежал за подмогой. Пока суд да дело – рассвело. Как раз офицер прибыл, но он как такое увидел, сразу же бросился звонить нам, а я как раз только что с дежурства сменился…

– Ладно, с этим понятно.

Ты к ним подходил?

– Подходил. До меня, правда, уже натоптали немного, но, судя по всему, других следов там не было. Снег, по моим наблюдениям, был не тронут. Полицейские тоже клянутся…

– Что увидел? – Яков осматривать тела не спешил, еще успеется. Выяснял подробности, проводил рекогносцировку: медленно – градус за градусом – осматривал место преступления; если, конечно, поляна в мартовском лесу была именно местом преступления.

– Все молодые, – начал отчитываться адъюнкт. – Возраст, на мой взгляд, от двадцати до двадцати пяти лет, но никак не больше. Впрочем, и не меньше. Все лежат на спине, раскинув руки, словно их отбросило взрывной волной. Видимых повреждений на телах и одежде нет. Нет ран. Нет крови. Одеты странно. Не по-нашему, но и на иностранцев не похожи. Может быть, с маскарада пришли? Но тогда непонятно, почему без пальто и как они смогли пройти, не потревожив наст.

Снега уже который день не было… Вот, собственно, и все. Да, вот еще что: у женщин на пальцах кольца недешевые, серьги с камешками в ушах, золотые браслеты… У мужчины – трость с серебряной инкрустацией и набалдашником из слоновой кости, золотой перстень, заколка… Я что хочу сказать: это не ограбление.

«От контузии они погибли, что ли? Но что за взрыв? Где следы? И как, во имя всех святых, они сюда попали? С неба упали разве что… Сброшены с воздушного судна?»

– Ну что ж, – вздохнул Яков, – ты правильно сделал, что меня вызвал.

Чувствую, заимели мы с этим делом геморрой. Ну да ладно – что сделано, то сделано! Зато скучно не будет. Как думаешь?

– Думаю, дело непростое, – согласился Суржин, – хотя и непонятно, имело ли здесь место преступление.

– А ты молодец, Иван Игнатьевич! – кивнул Яков. – Правильно мыслишь! Преступление или нет, это мы еще поглядим, но случай, по-любому, нерядовой. Ладно! Ты здесь побудь, а я пойду посмотрю, что там да как.