Первый урок чародея

А если у тебя ко всему прочему еще и боязнь призраков – то это, наверное, худший вариант для того, кто живет возле эфирного источника.

Не знаю, чем терзала Кепку неупокоенная душа отца, но призраков Натан боялся до дрожи в душе. Мы его еле уложили. Даже в обнимку с Кастетом, который прилетел на крик с бесполезным в этом случае автоматом, малыш отказывался засыпать. Гарри пришлось использовать усыпляющее заклинание. После он наложил еще парочку защитных на стены, и мы переместились на кухню, где я за чашкой чая поведал о своей встрече с Саймоном и страхах по поводу Валентайна.

Гарри задумался крепко. Уже третью чашку допивал и все бормотал:

– … «ловушка Батчера» или «печать Вудхауса»?

Я не стал отвлекать чародея, сгонял в его кабинет и прихватил пару книг об эфирных сущностях и защитных заклинаниях, раскрыл рабочий дневник и стал черкать бумагу, выстраивая формулы. К моменту, когда Гарри разродился, у меня была готова монструозная конструкция из трех ромбов и пятнадцати рун. Ромбы были вписаны друг в друга: острые углы меньших фигур упирались в тупые углы тех, что больше, все это фиксировалось рунами металла и земли с наружной стороны и эфирными изнутри, что делало конструкцию цельной, надежной и тяжелой как топор дровосека.

Из этого вытекала очередная проблема: моих сил едва хватало на запитку эфирных рун и линий. Для металла и земли придется таскать с собой соответствующие накопители.

– Нет, не думаю! – сказал Гарри, стукнув пустой чашкой по столу. – Вероятность того, что Валентайн станет призраком, крайне низка.

Согласно некоторым теориям, жизнь вампира и так является своего рода посмертием. Та темная энергия, что формирует их духовное сердце, не покидает тело после смерти. Так себе подтверждение, но я склонен верить.

– А Саймон? Разве он не был заражен вампиризмом?

– Заражен, но не изменен! – Гарри назидательно поднял узловатый палец вверх и попытался отхлебнуть из пустой кружки. Опомнился и долил чайку, жестом предложив мне. Я подвинул свою чашку ближе и благодарно кивнул.

 – Тем более, – продолжил Гарри, – в последние моменты его жизни преобладало ярко выраженное желание тебя грохнуть.

– Но он разумен, черт его дери! – не сдержался я.

– А вот здесь, я думаю, роль сыграли массовые смерти химер и море эфира в воздухе.

– И что, он теперь каждую ночь мне являться будет?

– Сегодня можешь спать спокойно.

– Премного благодарен! – язвительно хмыкнул я, раздражаясь на собственные злость и бессилие.