Шепот Пустоты. Книга 1. Точка возврата

–… таким образом, – говорил кудрявый. Я не сразу заметил, что его верхняя губа рассечена старым зарубцевавшимся шрамом. – Мы провели несколько тестов с заборами воздуха – чисто. Никаких вирусов или бактерий, которые могли бы причинить вред организмам азурян или Олеона, а также… Инкурии. От всех иных, которые имеются в составе, иммунитет выработан еще нашими далекими предками.

– То есть за семьсот с лишним лет атмосфера Земли осталась неизменной? – подал голос памятный мне блондин. На его лице застыла ухмылка. Мне почему-то показалось, что он с некоторой надменностью слушал своего кудрявого коллегу.

– То есть сейчас она благоприятна для человека. Что было с ней в течение прошедшего после ухода колонистов с Земли времени неизвестно, – в том же тоне ответил блондину кудрявый и вернул столь же ядовитую ухмылку.

Визави лишь цокнул в ответ.

– Что в таком случае получается? – подала голос низенькая курносая девушка в сером комбинезоне. Она одна из гражданских не была облачена в белый костюм химзащиты.

– Надо спускаться на землю и исследовать почву, – ответила ей сидевшая рядом рыжеволосая девушка с короткой стрижкой "под мальчика". В ее левой ноздре сияло маленькое серебряное кольцо.

Вынужденное украшение, надо сказать. Скорее всего эта девочка происходила с самой немногочисленной колонии на луне Солютиса – Инкурии. На ней не было атмосферы, зато залегало огромное количество ресурсов, ценных для научных разработок – там люди вынуждены были выходить за границу обеспеченных кислородом баз-отсеков и пользоваться не только скафандрами, но и обычными респираторами, крепившимися на поясе и доставлявшими воздух через тонкую трубочку, заканчивавшуюся соплами.

От частого соприкосновения с инородным телом начинались раздражения слизистой носа. Чтобы такого не происходило все инкурийцы носили серебряные кольца, пропитанные нужными лекарствами, заживлявшими раздражение. Они так привыкали к ним, что носили их далеко за пределами своей родной луны.

– Не рановато ли? – на этот раз заговорил сидевший по правую руку от Олька бородатый дородный мужчина.

Я не сразу заметил, что у него не было правой руки.

– Самое время, – покачала головой рыжеволосая. Ее веснушчатое лицо выглядело очень молодо, с первого взгляда инкурийка смахивала совсем на подростка. Но это был лишь обман сознания. Дело в том, что на Инкурии большинство почвы составляло какое-то минеральное сырье, испускавшее особый газ. Его состав моему простому солдафонскому мозгу был неизвестен.