Тропой зоолога

На боку зияли две запекшиеся раны – аккуратные, словно бы от точных ударов. Трава кругом была смята и выбита до земли. Видно, недавно произошёл смертельный поединок двух оленей-самцов. Но странными казались глубокие раны: неужели они от ветвистых рогов?

– Не иначе как браконьер, – сказал егерь. – Увидал нас – и тикать…

– Везде Вам чудятся браконьеры, – улыбнулся я.

– Отчего же нет? Бывают, знаете, случаи: сцепятся маралы рогами, оторваться не могут, тогда подходи и бери их хоть голыми руками. Ну, видать, браконьер услыхал нас и скрылся.

Я пожал плечами. Догадки егеря казались не очень правдоподобными. Почему браконьер пощадил второго марала? И откуда у него клинок, чтобы нанести такие глубокие раны? Ясно было одно: марал-соперник таких ран нанести бы не смог.

Мы сняли шкуру с оленя, разрубили на части мясо и перетащили к месту привала. Поужинав, мы влезли в свои спальные мешки. Горные леса затихают, как только скроется солнце.

– Слышь… – всполошился вдруг егерь и толкнул меня локтем. – Ревёт!

Над нами, далеко вверху, раздался трубный звук. Это ревел марал, вызывая на бой соперника. Потом надолго затихло, и опять слышно было, как журчит по камням вода. Я повернулся на бок, собираясь заснуть, но тут вдруг снова протрубил марал, уже много ближе.

– Как бы на нас не набежал.

Но слова егеря прервал рев другого марала, и на этот раз так близко, что мы невольно вздрогнули. Тут же послышался топот ног и стук рогов.

– Дерутся, – прошептал егерь.

Шум драки, однако, быстро стих. В темноте недалеко от нас пробежал марал, направляясь вверх, а вскоре с перевала донёсся его призывный рёв, но вызов остался без ответа. И опять тишина… Но куда исчез соперник?

Рассвет не балует теплом, а осенью особенно. Егерь развел костер, повесил чайник, а мне ещё долго не хотелось вылезать из тёплого спального мешка…

Через час, навьючив мешки с мясом на коней, мы уже поднимались вверх по ущелью.

– Интересно, где же они всё-таки вчера дрались? – спросил егерь, оглядываясь по сторонам.

Долго ехать нам не пришлось, кони вдруг остановились и захрапели. Перед нами, как и вчера, лежал труп марала-самца. И снова такие же глубокие, чуть не сквозные, раны. Сомнений не было: убийцей был марал, который ночью пробежал мимо нас.