Пути миров. Книга 4. Багровые зори

Заживо сдирали кожу и резали на куски…

– А прямо гнали вас из той деревни? – прищурившись, спросил Влад.

Пожилой священник вдруг странно посмотрел на Вешего. Тут же быстрый взгляд на него бросил молодой. Владу показалось, что лицо второго ему знакомо.

– Что за вопросы, господин Владислав? – вдруг взъярился Ягер Андела. – Это святой человек, сила которого только в вере. Он не привык сражаться в поле или как вы… из-за угла. Вы даже не представляете, что он мог пережить. Отец, вы сможете показать дорогу к лагерю?

– Конечно, сын мой, конечно.

И хотя глаза мои подводят, послушник нашего прихода нам поможет. Олик, покажи эти славным воинам дорогу, я уже ничего не вижу в этой тьме.

Когда священники вышли вперед, увлекая за собой паладинов, Влад взял стоявшего рядом Ягера под локоть.

– Старик лжет, – сказал он ему. – В то деревне не было боя. От словно совсем.

– Тебе откуда знать? Ты там был? – зло ответил Ягер Андела.

– Я был там, куда врываются Иные. И знаю, что это такое, – глаза охотник сверкнули яростью.

Ягер Андела, видимо, оценил искренность слов. Подумав, он кивнул:

– Поглядим тогда. Смотри в оба, охотник.

Идти до лагеря пришлось недолго. Владу даже показалось, что он появился словно специально, как только к паладинам вышли священнослужители. После слов старика о «нападении» на деревню, Веший проникся крайним недоверием к этой странной парочке в лесу. Хотя мысль о том, что побывавшие в деревне углежогов разведчики что-то сами могли не так понять, все-таки крутилась в голове охотника.

Встретили паладинов, правда не углежоговые ямы да печи, а воткнутые в землю колья, а также телеги вперемешку с самодельным частоколом, игравшие роль стены или баррикады. С факелами в руках стояли мужчины да женщины. Также у них были рогатины да самодельные совни, топоры да вилы. Правда, местность вокруг баррикады не носила на себе отпечатков боя – кусты вокруг стояли нетронутые, трава не примята. Как же это можно было удерживаться из последних сил, когда враг не являлся?

Влад старался слушать амулет, но его ощущения не поменялись – все такая же неясная тревога.

Хаос рядом, вне всяких сомнений. Это могло значить что угодно. Даже то, что эзд’мун просто-напросто уже завладел кем-то из братьев, как там, на корабле по пути в Руф и ждет удобного момента, чтобы проявится.

Вошедших в лагерь паладинов встретили криками радости, бросились обнимать, а некоторых, кто помоложе, женщины одарили поцелуями. Высыпали дети.