Давай сыграем в любовь

Ведь эта сучка неприятна и стервозна, далека от столь желанной волнующий ум иллюзии.

Пленники разума. Вот истинные основы для «несовершенства сознания». Желание верить в то, чего нет. Желание видеть мир таким, каким он не является. Закрывать жирный живот просторной одеждой и провозглашать новую моду, уродливую кожу мазать тоннами краски, восхищаясь яркостью, глупость прикрывать особенностью, безумие – гениальностью. И с каждым разом находить среди иллюзий новые, смаковать их надуманные свойства и верить в пустоту, выстроенную среди лабиринтов собственного сознания.

Пока я размышлял, поезд успел пролететь несколько станций и я едва не пропустил свою. Она оказался пустынной и мрачной. Горело всего несколько фонарей, а гулявший среди тоннелей ветер, слегка замедляясь на платформе, гонял по воздуху брошенные газеты и разбросанный мусор .

Дежурного у эскалатора не оказалось, сам подъемник тащился еле-еле, причем вплоть до самого верха я ехал на нем один. Легкий морозец, пробежавший по коже, заставил меня поежиться и застегнуть ворот джемпера.

На улицу уже опустились сумерки. Я выходил из дома под вечер, однако солнце убежало за горизонт неожиданно быстро. Белые ночи в этом году отчего-то закончились гораздо раньше обычно. Я что-то читал на тему смещения орбиты земли прошедшим невероятно близко от нее огромным осколком метеорита (астероида?), но ничего толком не понял.

Выйдя на Владимирской, я повернул налево и пошел по ухоженной улице с аллеей невысоких молодых деревьев, расположившихся вдоль нее. Красивые, недавно отреставрированные фасады безумно дорогих домов величественно смотрели на меня сверху вниз с той стороны улицы. Интересно, ощущение прекрасного и дорого сохранится во мне до конца дней Земли или умрет за считаные мгновения перед неизбежным?

Мне нужен был дом тринадцать, в нем еще располагалась Аптека.

Пройдя пару перекрестков, я увидел нужную мне вывеску. На коробке спичек так и было написано: дом N, вход из аптеки.

А если там действительно торгуют лекарствами, и не слышали ни о каком Приюте? Как я им скажу? Посмотрят как на идиота… Хотя с моей работой выглядеть придурком приходилось не раз, привыкнуть к этому чувству до конца не получалось.