Одержимость

 – Вчера блин удачно в кавычках, приехали погостить к теще, стали свидетелями аварии.

– Авария? Где?

– Ну ты даешь, – удивился он. – Здесь недалеко в районе одиннадцати вечера, столкнулись две машины. Тойота и Ауди.

– Ого! – воскликнул Петр Андреевич. – Сильная авария?

– Мягко сказано. Груда металла сплошная, столкнулись на скорости лоб в лоб. Там все перегородили, менты, скорая. Объезжать пришлось, вся дорога была перекрыта. Такой крюк сделали…

– Надо будет потом в интернете посмотреть, вообще аварии в этих краях редкость, особого движения как в городе нет.

– Да я уже смотрел, – кивнул он. – В тойоте за рулем сидела девушка, вроде живая, но находится в критическом состоянии, а водителю Ауди повезло меньше, мужчина, якобы в нетрезвом состоянии был за рулем, скончался прямо на месте.

– Вот это страсти, – слушая своего знакомого, Петр Андреевич вспомнил про Валерию. Как раз в это время он обнаружил ее у ворот своего дома. Ее футболка была в крови, но на лице не было никаких синяков или ссадин, если бы она была в одной из этих машин, то скорее всего преодолеть такое расстояние, не смогла бы, а уж тем более сохранить свое лицо и тело без травм.

– Да уж, – подтвердил он. – Такие вот дела. – Стоп, а ты то, как здесь?

– Недавно приобрел участок тут неподалеку и построил дом, я же охотник если помнишь, я рассказывал, – добавил он. – Рядом с лесом живу, тишь да гладь, свежий воздух, устал от городской жизни.

– Ну понятно все с тобой.

– Ладно, рад был видеть тебя, тороплюсь просто, нужно ехать.

– Да, давай, тоже был рад повидать тебя. К кому торопишься то? – Михаил улыбнулся, прищурив глаза и кинул взгляд на пакеты с продуктами, – Любовницу либо нашел, в этих краях, а?

– Нет, у меня сеанс йоги на двенадцать, – отшутился он, уйдя от ответа и оба засмеялись. – Йога у него, старый ты пройдоха. Ладно, бывай. Они попрощались, Миша зашел в магазин, а Петр Андреевич загрузил пакеты с продуктами в машину и поехал домой.

Оставив продукты на кухне, он зашел в гостиную, Лера спала на диване, возле нее лежала открытая тетрадь. Петр Андреевич не стал будить ее. Он взял ее тетрадь чтобы она никак не мешала ей, и уже хотел закрыть, как его внимание привлекли несколько записей, новых.