Портрет призрака

Мы остановились снаружи её комнаты перед дверью. – Я хочу тебе показать, какой я могу быть. Хочешь?

Скорее всего, на моём лицо в тот момент изобразилось недоумение, ведь Даша ответила мне:

– Я оденусь. Такой ты раньше меня не видел, как никто другой. Просто хочу, чтобы ты знал обо мне всё.

Я кивнул, не до конца понимая, что задумала Даша. Но мне стало очень интересно. Чего же я могу о ней не знать. Довольно смешанное чувство. Порой кажется, что ты человека знаешь вечность, но как только он задаст тебе вопрос, касающийся его, ты робеешь и пожимаешь плечами.

Под ногами я рассматривал узор на ковре. Меленькие цветы своими тонкими стеблями переплетались с огромной, по сравнению с ними, красной розой. В этом ковре была загадка. Или мне хотелось в это верить. Я думаю, каждый художник в своем искусстве оставляет место для размышлений и поиска истины, прячет загадку, иногда не подозревая об этом. Ковер – это, конечно, не картина на холсте, над которой работали кистью, но это творение пусть и в таком исполнении, но у неё был свой создатель.

– Вот и я.

Передо мной стояла действительно другая Даша. Она смыла с лица макияж и переоделась в домашний белый халат, при Луне девушка светилась, словно ангел. Она убрала волосы в пучок и стянула его тугой резинкой. Я не мог оторвать глаз, изучая её белую кожу. Как сапер, обследуя каждый миллиметр поля, я скользил взглядом от её аккуратного, чуть вздёрнутого носа к губам и опустился к шее… Я протянул руку, чтобы скинуть халат.

– Что у тебя на шее? – от мочки уха до ключицы тянулся кривой тонкий шрам.

– Подарок моего отца, – она слегка улыбнулась. – Я верю, что он не хотел причинять мне вред, но так вышло…

– Что произошло? – я постоянно смотрел на эту неестественную линию.

– Как-то летом мама с папой оставили меня с бабушкой и поехали в гости. Лишь когда повзрослела, всё стало ясно. Бабушка была в курсе маминых планов. Моя мать хотела сообщить на обратном пути, что уходит от отца, поэтому они не взяли меня с собой и, когда родители вернулись, папа на взводе влетел в дом и, схватив меня, стал кричать: «Я не отдам свою дочь! Ни за что!».

Я ахнул.

– Это не все…

Я внимательно посмотрел на Дашу.

– Самое обидное, что я осознавала невиновность моего отца. Он всего лишь испугался, что потеряет свое любимое дитя, ведь всё это отец построил для меня. Я неоднократно слышала, сидя на руках у папочки.