Портрет призрака

– Хорошего вам вечера, – сказала девушка мне спину.

– И вам, – ответил я, не оборачиваясь.

* * *

Или кофе стал вкуснее, или я стал увереннее в себе. Но где здесь связь, понять не смог. Вокруг тишина. Лишь два фонаря освещали кафе и стоянку рядом с ним, словно два телохранителя, два бессменных стража, охраняют маленького человека от темноты и от неизвестности.

– Прикурить не найдется? – спросил высокий мужчина лет сорока в забавном голубом дождевике, на его руке висела плетеная корзинка.

– Я не курю, – ответил я.

Мне не до странных грибников-ягодников, которые ходят по ночам в лес, ведь меня ждет Даша.

– Очень жаль, я уже десять лет не курил.

– Так сходите и купите, в чем проблема?

Когда я повернулся, мужчина уже куда-то исчез. За мгновение он каким-то образом смог скрыться в темноте. Но я ждал, когда мои глаза вновь начнет резать от боли или горло начнет искать свежий воздух, а я буду выдыхать дым. Но ничего подобного не происходило. Передо мной просто появилась дорога.

На мгновение я подумал, что она никуда не пропадала с прошлого и позапрошлого раза, и вновь оглянулся в надежде увидеть ночного путника с корзинкой, но вокруг мне попадалась лишь ночная темнота да кафе с её «телохранителями» и лес. Стояла тишина.

Шаг за шагом, метр за метром, я приближался к её дому. Ничто не предвещало беды, но с каждым пройденным шагом я стал слышать детский смех. Он разносился по всей чаще от дерева к дереву и звенел в ушах, затихая и повторяясь снова и снова.

– Папочка! – послышался голос.

 – Папочка! Ты где? Я не хочу больше играть!

Смех сменился плачем. Я шел медленно, не оборачиваясь, чувствуя спиной, как этот голос приближался с каждым мгновением все ближе ко мне. Это как медленно обходить дикого зверя, чтобы он не заметил тебя, потому что никогда не знаешь, чего можно ожидать…

– Папочка! Подожди меня, я запыхалась, – голос прозвучал совсем рядом, и моё тело всё передернуло. – Папочка, смотри, какой гриб я нашла.

Я нашел в себе силы развернуться.

Мне в глаза смотрела меленькая девочка лет пяти в джинсах и бежевом пуховике, а из маленького кулачка у нее торчал гриб.

Мои губы не могли разомкнуться, она теперь не пугала меня. Но в ней начало все меняться. Куртка из бежевой превратилась в грязно-коричневую, маленькое лицо стало высыхать, а глазки закрылись.

– Папочка, – сказала она чуть слышно и легла на землю, поджав колени к груди, и замолчала.

– Что за черт! – губы наконец-то разомкнулись.