Я не люблю убивать

Мы договорились поймать Драгуша вместе и казнить его вместе.

Но старый вампир будто играл с нами. Вот и сейчас в воздухе висели резонные вопросы.

Вампиры, упыри, вурдалаки – существа со своим виденьем мира. Люди для них лишь источник пищи. И если бы не охотники, то эти ребята порезвились бы всласть. Безусловно, среди тварей есть свои лидеры, которые избегают войны между людьми и кровососами. Вампиры объединяются в кланы, устанавливают свои правила, подчиняются этим правилам и поддерживают контакты с охотниками, чтобы узаконить своё проживание в больших городах, чтобы получить лицензию послушного гражданина особой касты.

Но Драгуш не признавал ни клановых собраний, ни целей охотников, ни право человека на безопасность. Договоры вампиров с конторами защиты, для него лишь пустой звук. Каким Драгуш был зверем, таким и остался. С ним невозможно договориться, как невозможно найти общий язык с комарами – они всё равно отыщут лазейку и высосут свой малый грамм, чтобы жить и размножаться.

Драгуш охотился, где хотел – убивал, кого хотел. Остановить его мог исключительно страх потерять собственную голову. Но судя по тому, что сицилиец объявился точно у меня под носом, его не пугал даже самый отмороженный охотник на планете Земля.

Я знаю один более чем оригинальный способ борьбы не с вампиршами, а с вампирами.

Я знаю, что об этом способнее осведомлён и Драгуш Арделин.

Последнюю сотню лет я защищаю людей в Москве и в городах так называемого Подмосковья.

Но приходилось работать и у Чёрного моря, и у Белого, и у Средиземного, и в соседних губерниях. Во время Второй мировой дошёл до Берлина. Я вам скажу, что именно в Берлине собрались самые отъявленные твари.

Там я не щадил никого. Даже женщин. Особенно тяжело убивать детей вампиров, которых иным способом уже не остановить.

В послевоенные годы появились первые конторы защиты. Безусловно, без помощи охотников защитные организации были бесполезны. И именно мы – охотники помогли организоваться подобным структурам.

В московскую контору я вступил, даже не видя договора. Меня заинтересовали люди, работающие здесь. Их было немного – всего десяток человек, но зато, каких человек!

Был такой Анатолий Водопьянов, бывший военный без левой руки, оказавшийся выдающимся химиком своего времени. Возможно, у него вышло случайно, но Анатолию удалось создать вязкую жижу по своей структуре и воздействию, напоминающую моё волшебное семя.