Антидот к паранойе

Вообще-то таким тоном задают вопросы типа: «а не хочешь ли ты, милый, немедленно совершить сепукку?», но Декстера с хорошего настроения сбить было трудно. Уж если он решил, что все хорошо, держите его семеро, шестеро уже не удержат.

– Да, да, да, – Декстер сжал огромный кулачище и затряс им перед носом. – Я знал, что им понравится.

– А что именно им должно было понравиться? – подозрительно поинтересовался Степа. Судя по тому, что он видел на кухне у Декстера, неведомые члены комиссии сильно рисковали. Хотя, если судить по сообщению, вроде, пронесло.

От Степиного тона даже Элечка перестала хмуриться.

– О-о, – поднял палец сакс. – Это было что-то.

– И когда-то, – уточнила Элечка. – Причем мне ты об этом не сказал.

– Сглазить боялся, – признался Декстер, сделав большие глаза. – Но теперь-то можно.

Он перебросил на панели несколько тумблеров, вбивая маршрут и передавая управление автомату, и начал большим медведем выбираться из кресла.

– Все в каюту, – возвестил он, пробираясь между креслами.

 – Праздновать будем.

Вообще-то в таком настроении, которое витало в боте, скорее уместно было о чем-нибудь скорбеть, нежели праздновать, но Декстер имел обыкновение в хорошем настроении заражать своей неуемной энергией всех окружающих. А после получения сообщения это самое хорошее настроение начало извергаться из него, как лава из вулкана.

– Элечка, солнце мое, – заполнил кабину бота густой бас Декстера. – Ты сожалеешь о платье? Забудь. Без него тебе гораздо лучше, – и, не давая ей даже вставить ничего уничижительного, рассыпал щедрым жестом: – Ты знаешь, где именно будет проходить «Ойкумена»? О нет, ты не знаешь.

Это же четвертый про-слой. Планета называется Девана. Никому ничего не говорит?

Во взгляде Элечки появилась легкая задумчивость. Она остановилась. Ну, не то, чтобы совсем уж остановилась, но во всяком случае, она уже не была похожа на ледяную амазонку, готовую немедленно проткнуть сакса копьем.

Степа скосил глаза направо, на Селену.

На ее лице поселилось схожее выражение в смысле: «ну, а почему собственно-то бы и нет?». Донкат с трудом удержался от смешка. Ай да Шойс, ай да Декстер. Одним движением превратил поражение в победу. И, что самое главное, ловкость рук и никакого мошенничества. Селена вынырнула из задумчивости и поймала взгляд Степы.

– Как скажешь, любимая, – нарочито чувственно повел бровями он.

– Это ты сейчас иронизировать решил? – невинно поинтересовалась Селена.