Два нашествия

Над полем царил чад, и пахло жженым мясом. Сторожевой дом вспыхнул, раздался взрыв, и белое красивое здание превратилось в уродливую груду красного опаленного кирпича. Я понял по загоревшимся кустам, что летучая невидимая смерть приближается и ко мне.

Я был слишком напуган, чтобы стоять, и поражен этими необъяснимым явлением, чтобы бежать.

Кровь с каждой секундой холодела в моих жилах, но смерть пощадила меня. Прочертив огненную кривую, луч вдруг исчез в яме «марсиан».

Ноги согнулись и я свалился прямо на испепеленную и все еще горячую землю, обжегшись о горящую ветку куста.

Тепловой луч на окраине ВДНХ

Уже стемнело, когда со стороны ВДНХ стали слышаться голоса. Благодаря прожекторам, светившим с павильонов, мне было видно всех собравшихся. Забор весь оплавился, часть деревьев была повалена и тлела, кустарник превратился в обугленные пики и продолжал дымиться. Вокруг места трагедии выстроилось оцепление из милиции и военных. Люди больше не рвались к яме с марсианами, они просто собрались в разрозненные кучки и молча смотрели на происходящее вокруг.

Несколько человек приехали на какой-то спецмашине и ходили по полю в поиске живых или раненых. Вскоре подъехали с телевидения. Они разбрелись по полю и стали все снимать.

Засветились прожектора и стали сверкать вспышки фоторепортеров. Я видел, как один кинооператор забрался на дуб, росший недалеко от места, где я находился. И стал оттуда снимать происходящее в яме «Марсиан».

Я случайно посмотрел в сторону и увидел скамейку, а на ней мирно дремлющую старушку. Рядом белела газета. Я, немного успокоившись, подсел к ней и взял в руки газету. На первой странице крупным шрифтом красовались названия статей: «Послание землянам с Марса», «Они выбрали Ботанический сад!»

– Все ясно! – проговорил я сквозь зубы.

– Теперь понятно, откуда все узнали, что марсиане именно здесь.

Посмотрев на беспечно дремлющую старушку, я ужаснулся от мысли, что с ней будет, если она станет свидетелем страшной трагедии.

– Бабуля, а бабуля, проснитесь, проснитесь же, – и стал ее трясти, что было сил. Она молчала. Я на мгновение отпустил ее и, поддавшись моим движениям, она упала на сидение скамьи, растянувшись во весь свой небольшой рост. Нижняя челюсть у нее отвисла, и я понял, что она видела, как марсиане расправлялись с землянами. Очевидно, она не выдержала такой психической нагрузки, и с ней случился сердечный приступ.

Мне стало ее жалко.